Книга Зимние Боги и Змеи, страница 339 – Венди Хейсс

— Я не могла править твоим королевством, отец, — ответила я, и голос растаял в эхе коридоров. — Оно всегда принадлежало ему, твоему единственному наследнику. Могущество переоценивают, а заботу ты всегда недооценивал. Когда окажешься под чужим сапогом, узнаешь, что спасает лучше. Чужая забота или твоя сила.

Наш караван разросся до огромных размеров, вокруг мелькали новые лица. Отец разрешил моим солдатам служить и сопровождать меня в последний раз. Исийордцы стояли вдоль улиц. Усталые, холодные, испуганные. И им было чего бояться. Скоро Адриата снова сможет свободно расползтись по континенту.

Дядя ехал впереди, возглавляя процессию. Ния, Кай и Мал держались рядом со мной. Килиана среди огромного каравана не было видно.

— Мал, где твой брат?

Я начинала беспокоиться. Наш прошлый разговор оборвался в самом начале. Мне всё ещё нужно было кое о чём спросить, а в Ислайнах он и сам собирался что-то рассказать.

— Поедет в хвосте. Ты же знаешь, как он волнуется в такие моменты. В важные моменты, — добавил Мал с тихим смехом.

Паника поднялась к горлу и принесла вкус сожаления. Я не попрощалась. Не увидела его в последний раз. Не стоило спать. Нужно было выжать из той ночи всё и смотреть на него, пока не уверюсь, что никогда не забуду.

— Вы оба ведёте себя странно. Что происходит?

— Ничего. Ничего не происходит. Но рад, что теперь вас не разлучить.

Когда воздух потеплел и посветлел, я сразу поняла, что мы приблизились к югу. Караван получил строгий приказ нигде не останавливаться на отдых ни на землях Исийорда, ни тем более в Адриате.

Я закатила глаза, заметив, как дядя направляет коня ко мне. Голова совершенно не выдерживала его насмешек. И без его мерзких слов была слишком нервной и взвинченной, а судя по хитрому выражению лица, он собирался щедро ими поделиться.

— Именно я увёз твою мать из Олимпии, а теперь провожаю тебя. Почти пророчески, не находишь, милая племянница? — воскликнул он. — Не уверен насчёт Адриаты, но Олимпия была великолепна. К счастью, я успел увидеть её до гибели.

— Она и сейчас великолепна. И ты хотел сказать до того, как помог её погубить, — холодно ответила я.

— Ты имеешь в виду то, что от неё осталось. Ты не понимаешь. Королевство с такой силой не должно было существовать среди остальных. Это противоестественно. Все чувствовали себя рядом с ними неуютно и жили в страхе. Что, если бы власть захватил жестокий король и приказал уничтожить нас всех? Поверь, силы им хватило бы. Твои дяди не были Джоной. Они были молоды и жаждали власти, — добавил он, уже без прежнего веселья.

Я знала, что Ариан не любит говорить об Олимпии. Аларик рассказывал, что он боялся её народа.

Мой дядя Лерен, которому предстояло унаследовать трон Олимпии, был мудрым и справедливым. Аларик говорил, что мой брат перенял каждую черту его характера. Лерен стал бы великим правителем, как дед Джона и многие до него. Единственным, кто испытывал тревогу, был мой жадный до власти отец. Никто другой. Олимпия всегда держалась в стороне от войн, поэтому её народ жил счастливо и процветал в огромной силе. Связи с другими королевствами почти не существовали, олимпийцы редко покидали границы. Бог благословил их плодородными землями, горами, полными руды, и бесчисленным скотом. Они были ремесленниками и кузнецами, непревзойдёнными мастерами ручного труда. Совершенное королевство. Пока отец не захотел присвоить всё и в итоге не остался ни с чем.