Книга Любимый плут, страница 142 – Кэролайн Линден

Макс действительно заснул в ванне. Конечно, он был слишком велик для нее, поэтому голова лежала у него на плече, а колени торчали из воды. В дрожащем свете свечи на миг ее взгляд задержался на его лице.

Почему он не рассказал ей о Грете или, вернее, почему он не рассказал ей этого о Грете?

Сумасшествие — это, конечно, ужасно: наличие душевных расстройств в семье, как правило, скрывают. Если бы отец заранее узнал, что в родне Макса были сумасшедшие, то не то чтобы отверг его брачное предложение, но даже на ужин бы никогда не пригласил.

Но ведь сам Макс не был безумным. Нет, ничуть! Это был самый разумный, логически мыслящий, целеустремленный мужчина из тех, кого она знала… И это означало, что ему было прекрасно известно, как окружающие станут реагировать на такое обстоятельство: именно так, как отец отреагировал сегодня. Если бы Бианка вовремя не сообразила, кто такая Грета, и не кинулась ей на помощь, отец вышвырнул бы ее из дома и захлопнул за ней дверь.

Да и она ничуть не лучше его. Если бы Макс рассказал ей о Грете раньше, в период их враждебности, она вряд ли отнеслась бы к этому по-доброму, и не оттого, что испугалась, а оттого, что была зла на него.

Он держал все от нее в секрете, значит, мог защитить, подумала она, разглядывая своего измученного мужа. Он явно любил свою тетку. Грета забрала его к себе, когда у него умерла мать, отправила учиться в университет и попыталась дать возможность получить уважаемую профессию. Лоренс сказал, что Макс нанял мистера Лика, детектива, для ее поисков еще несколько месяцев назад.

Но собирался ли он скрывать ее существование всегда?

Бианка вздохнула. Не было никакого смысла искать ответ на этот вопрос самой. Взяв одно из полотенец, положенных у камина, чтобы согрелись, она укрыла ему плечи.

— Что? — Он резко проснулся и осел в воде. — Грета? Что с ней?

— Заснула в постели. Тетя Френсис сидит рядом.

Он потер лицо руками:

— Спасибо.

Макс вылез из ванны и оделся. Почти так же как Грету, она довела его до кровати, и он шел послушно, словно ребенок.

— Когда ты спал в последний раз? — Бианка села рядом с кроватью и убрала мокрые волосы у него со лба.

— Давным-давно, — сказал он со вздохом, взял ее руку и приложил к своей щеке. — Прости, любовь моя.

— За что? — Она старалась говорить спокойно и мягко. — За то, что умчался, не объяснив зачем? За то, что позволил подумать о себе и Грете как о раздельно проживающих супругах? Или за что-то еще, что ты пока мне не открыл?

Макс посмотрел на нее с отчаянием:

— Мне много за что нужно просить прощения.

Она вздохнула:

— Давай начнем вот с этого. Как долго ты ее разыскиваешь?

Макс помолчал, потом ответил:

— Три года.

Это было намного дольше, чем предполагала Бианка.

— Но почему?

— Муж спрятал ее. — Полусонный голос упал до едва понятного бормотания. — Засунул ее в тюрьму и отказался сказать в какую, начал издеваться надо мной и тянуть из меня деньги, пока не оставил с пустыми карманами, но и тогда не захотел сказать, где она.

Бианка погладила его по волосам, успокаивая.

— Расскажешь потом?

— Да. — Он вздохнул, все так же сжимая ее руку. — Все.

— Что значит это слово? — неожиданно спросила Бианка. — Когда ты сказал, что я смогу помочь ей, — schön?

Его сонная улыбка тут же сменилась обычной для него шаловливой.