Книга Последняя станция — море, страница 36 – Алисия Роуден

— Как я должна это сделать?

Мужчина выдвинул ящик, достал небольшую металлическую коробку и поставил перед ней.

— Положите руку на крышку и расскажите о нём то, что никто другой не мог знать.

Вера посмотрела на коробку.

— А если я ошибусь?

— Тогда архив не сможет вам помочь.

— А если я не захочу участвовать в этой процедуре?

— Тогда вы можете вернуться на платформу.

— И сесть в поезд?

— Если поезд примет вас обратно.

Вера медленно положила ладонь на крышку.

Металл оказался неожиданно тёплым.

— Мой отец, — начала она, — не любил сладкий чай. Он говорил, что сахар портит вкус. Но когда я болела, всегда приносил мне чай с двумя ложками мёда, хотя сам мёд терпеть не мог.

Мужчина слушал молча.

— Он чинил вещи, которые другие выбрасывали. Радиоприёмники, часы, игрушки. У него была привычка проверять карманы перед стиркой, потому что однажды он постирал вместе с рабочей курткой целую пачку денег. Мама потом неделю сушила купюры на кухне.

Она улыбнулась, вспоминая.

— Он всегда оставлял последнюю конфету мне, даже если говорил, что не любит сладкое. И когда я боялась темноты, он не говорил, что чудовищ не существует. Он садился рядом и объяснял, что если кто-то прячется под кроватью, то ему, наверное, тоже страшно.

Вера замолчала.

Перед глазами возникла кухня, тёплый свет над столом, руки отца, испачканные машинным маслом. Она вспомнила, как он однажды принёс домой старый железнодорожный фонарь и поставил его на подоконник.

«Зачем он нам?» — спросила тогда Вера.

«Чтобы ты знала, где заканчивается дорога», — ответил отец.

Она никогда не понимала этой фразы.

Теперь поняла, что не понимает её до сих пор.

Металлическая коробка щёлкнула.

Мужчина открыл крышку и достал маленькую карточку.

На ней было написано:

СОКОЛОВ АНДРЕЙ ПЕТРОВИЧ.

Ниже стоял номер дела: 000014.

— Запись найдена, — сказал архивист. — Но доступ ограничен.

— Почему?

— Потому что ваш отец не числится пропавшим.

Вера уставилась на него.

— Что?

— В архиве он значится как пассажир, совершивший переход без завершения маршрута.

— Что это означает?

— Что он не вернулся туда, откуда отправился.

— Это я и так знаю.

— Нет, — сказал мужчина. — Вы знаете, что он не вернулся домой. Это другое.

Он повернул монитор к ней.

На экране была запись, сделанная 14 октября 2032 года в 23:40.

СОКОЛОВ АНДРЕЙ ПЕТРОВИЧ. ВЫХОД НА ЛИНИЮ № 0.

Ниже — отметка, поставленная через несколько секунд:

СОПРОВОЖДАЮЩИЙ: СОКОЛОВА ВЕРА АНДРЕЕВНА.

Вера почувствовала, как кровь отливает от лица.

— Это невозможно.

Архивист снял очки и протёр стёкла.

— Для этой станции — нет.

— Мне было десять лет. Я не могла сопровождать его на какой-то линии. Я осталась дома.

— Вы уверены?

Вера хотела ответить сразу, но не смогла.

Она помнила, как стояла на платформе. Помнила, как держала отца за рукав. Помнила, что не хотела отпускать его.

Но она не помнила, чем всё закончилось.

— Что означает «сопровождающий»? — спросила она.

Архивист снова надел очки.

— Человек, который проходит вместе с пассажиром часть маршрута.

— А потом?

— Обычно возвращается.

— А если не возвращается?

Мужчина закрыл окно на экране.

— Тогда его считают пассажиром.

Вера встала.

— Значит, я тоже была на этой линии?

— Судя по записи, да.

— И что со мной произошло?

Архивист посмотрел на неё поверх очков.