Книга Дворник 17-го уровня. Том 7, страница 93 – Дмитрий Дорничев

— Это… рамен?

— Мы его так готовим, — возразил продавец.

— Это доширак с дешёвой сосиской и непонятно каким яйцом.

— Так мы его готовим, — ответил весьма безразличного вида парень.

— Не трогайте и никуда не уходите, — попросил я и поспешил к Мико. Та усердно работала и неохотно оторвала взгляд от экрана.

— Что нужно? — холодно спросила девушка.

— Нужна помощь. Будешь свидетелем?

— В смысле? — очень удивилась она моей просьбе, и я ей всё объяснил. — Ну-ка!

Она убрала ноутбук в сумку, и мы пошли. А затем под запись видео на телефон прямо там, прямо на прилавке, я вилкой поковырялся в «рамене».

— Уважаемые, я — управляющая. Чем я могу вам помочь? — к нам пришла женщина, натянув на лицо улыбку. Через силу.

— Это рамен? — спросил я, указывая на хрючево в тарелке.

— Да, это наш фирменный рамен. А что не так?

— Можете показать, как вы его готовите? — поинтересовалась Мико.

— Нет, конечно. Мы не можем пускать посторонних на кухню, — возразила та.

— На нет и спроса нет, — сказал я и кивнул Мико.

— Зафиксировала.

Я взял рамен, поставил на стол и сказал, что скоро вернусь. Ну и фото сделал, после чего мы пошагали прочь, оставив женщину растерянной. Но чуйка у неё есть, и она догнала нас.

— Прошу прощения, если вам не понравился рамен. Давайте я верну вам деньги?

Я посмотрел на неё, покачал головой, и мы пошли дальше. Женщина впала в замешательство, но чуйка не подвела, и она направилась за нами. А когда увидела, куда мы идём, остановила нас, перегородив дверь в кабинет администрации аэропорта.

— Давайте всё решим мирно? У вас ведь скоро рейс, да? — выглядела она взволнованной. Даже напуганной.

— Если вы не пропустите нас, я позвоню в полицию, а потом позову охрану аэропорта, — строго произнесла Мико.

— Фиксирую всё на телефон.

— Но… Давайте договоримся?.. — ещё больше растерялась та.

— Вы тратите наше время, — строго сказала Мико.

— Видео, фото, ваши слова у нас есть. Мы можем по возвращении подать на вас в суд. Но для вас это будет тяжелее, чем простая жалоба. Так про… Пропустите! — повысил я голос, и Мико аж вздрогнула.

Управляющая кафе рефлекторно сделала шаг в сторону, а я протиснулся к двери и открыл её. За мной и Мико. А там женщина стоит.

— Что за шум? — спросила та, и я всё объяснил, после чего написал заявление, передал фото и видеодоказательства. После этого нам выделили мужчину, который сопроводил нас в кафе. Но «рамена» на столе уже не было.

— Вот фотография: когда мы уходили, «рамен» был на месте, — заявил я, и мужчина кивнул.

Он пошёл разбираться, а мы с Мико присели за один из столиков. Теперь кафешке не поздоровится. В аэропорту есть свои правила, и это кафе нарушило всё, что можно.

Перелёт — это тяжело, отбирает много сил. Так что многие не станут ругаться, а как жаловаться, тоже не знают. Но это не Шереметьево. Здесь меньше масштабы и меньше страданий нужно пройти, чтобы подать жалобу.

— Ты неплохо пишешь жалобы. Богатый опыт? — спросила Мико.

— О-о-очень богатый. Я — дворник.

— Чё?.. — у той треснул мозг. Мико натурально застыла.

— Дворником я работаю. Приходится много жаловаться, писать заявления, а в полиции я уже со всеми за руку здороваюсь, и есть личный номер начальника полиции.

— Я… — она окинула меня пристальным взглядом. — Удивлена… Думала, ты один из «этих». Как Алексей и прочие.