Книга Рассвет русского царства. Книга 10, страница 15 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Она вколачивала в эту деревяшку всю свою боль утраты. Это было понятно без слов.

Подъехав к Семёну, что обучал стрелять из лука детей дружинников, он кивнул мне.

— Привет.

— Давно она так? — спросил я.

— С утра, — ответил он. — Я пришёл она уже была здесь. — Семен прищурился и с некоторым восхищением произнёс. — Да-а, ещё зим пять, и она меня обстреляет. Надо ж было дару у девчонки появиться…

— Ладно, — не стал я развивать эту тему. — Проследи за ней.

— Само собой, — ответил Семен. — Мог бы и не просить.

Тогда я тронул поводья и поехал дальше. А вечером разговор сам собой зашёл про Иву. Начался он с того, что Алёна сегодня ходила с детьми к Глафире. Дети играли с Иваном, а женщины пили чай и старались поддержать скорбящую мать.

— А я её сегодня на стрельбище видел, — сказал я.

— Знаю, — сказала Алёна. — Глафира рассказала. С её слов она и до гибели Севы часто там бывала, а сейчас домой только спать приходит да поесть.

Я сел на лавку, потёр лицо.

— Григорий что говорит не знаешь?

— Ничего не говорит, — Алёна повернулась ко мне, села рядом. — Он сам ей татарский лук собирается подарить. С Глафирой советовался на сей счёт, потому как переросла она уже детский лук.

Я поднял взгляд.

— Серьёзно? Боевой лук?

— Угу. — Она чуть улыбнулась. — Кажется, твой отец надумал из неё валькирию вырастить.

— Да-а уж, — протянул я и, заметив странное выражение лица Алёны, спросил.

— Ты как на это смотришь?

Алёна ненадолго задумалась.

— Сложно сказать. Стрелять учится, это одно дело. Но она-то о битвах грезит. — Алена серьёзно посмотрела на меня. — Но ты же не возьмёшь её с собой в бой?

— Я что, дурак?

— Нет, конечно, — ответила Алёнам. — Тогда… на мой взгляд, пусть стреляет, хуже от этого умения уж точно не будет.

Вот только у судьбы… вернее, конкретно у одной молодой особы, были абсолютно другие планы. И когда утром я поехал через стрельбище к Доброславу, мне дорогу перегородила Ива. Не успел я поздороваться, как она выпалила.

— Возьми меня в дружину! Я с тобой хочу по зиме татар бить!

— Чего? — у меня буквально глаз дёрнулся, потому как был уверен, что Алёна вчера не просто так задавала вопрос касательно боя.

— Ты меня слышал, — уверенно ответила Ива. Ты сам видишь, я умею стрелять, держу клинок, бегаю быстро. Испытай меня, как новиков своих, ты ведь знаешь, что я пройду испытание.

— Ива…

— Вот, смотри.

Она повернулась, натянула лук и примерно с шестидесяти шагов всадила стрелу в мишень. Не в центр, но уверенно. Будь там человек, получил бы рану.

Я слез с коня.

— Скажи, а ты сможешь вот так же в человека выстрелить?

Она открыла было рот, но отвела взгляд.

— Вот именно, — сказал я.

Мы помолчали, и я старался подобрать слова, чтобы быть услышанным. Но, как назло, ничего стоящего в голову не приходило.

— Занимайся луком, я не против. Но пойми меня правильно… дай Бог, он тебе не пригодится для того, о чём ты сейчас думаешь.

— Я учусь не для этого! А чтобы сражаться! Не по мне сидеть за вышивкой и в поле спину гнуть…

— Ива, — подошёл я к ней и встал на одно колено, чтобы посмотреть в глаза. — Война не сказка. Там кровь, боль, страдания и очень много смерти. Делать там девушкам нечего.

— Почему? Чем мы хуже?

— Ахр, — прорычал я, потому как совершенно не был готов к такому разговору. — Пойми, есть вещи в походах… Даже свои могут повести себя как последние твари. Стоит выпить, и в голову лезут плохие мысли… а про плен я вообще молчу. Там…