Книга Рассвет русского царства. Книга 10, страница 35 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я прищурился, заметив что-то знакомое в посадке, и даже в том, как он держит поводья. Словно специально, меховую шапку он себе на глаза натянул, чтобы я его не сразу узнал.

Но когда он приблизился и снял её…

— Холмский, — усмехнувшись сказал я. — Вот уж кого не ждал в нашей глуши.

— Да ладно, не ожидал он, — Холмский осадил коня. — Ты ж сам говорил, что пушки тебе нужны и порох. Вот Мария Борисовна и отправила тебе всё это с самым доверенным лицом.

Он окинул взглядом мои стены.

— А ты, смотрю, даром времени не теряешь. — Он сделал паузу. — Колья, стены залил, да и ров углубил. Хотя, иного я и не ожидал увидеть.

Я кивнул, и сделал жест в сторону телег.

— Много привёз?

— Тринадцать твоих «рысей» забрал, прибавь к ним с десяток тюфяков. — Он выдержал паузу. — И почти всё остальное — бочки с порохом.

— Порох… это хорошо… порох лишним не бывает, — сказал я.

— Да я уже это понял, — усмехнулся Холмский.

Он спрыгнул с коня наконец-то, и мы крепко обнялись.

— Сколько бочек? — спросил я, когда он отстранился.

Данила Дмитриевич посмотрел на меня.

— Все запасы, что хранились в московском крыле.

Я замолчал.

— Все?

— Все. — Он бросил поводья подбежавшему конюху. — Не смотри на меня так. Это её решение, не моё. — Он серьёзно посмотрел мне в глаза. — Ладно, потом поговорим.

Я кивнул, поняв, что навис вопрос, который он хотел бы со мной обсудить.

С Холмским иначе и не бывало. Человек он был сам себе на уме. А то, что мы так тепло встретили друг друга… то, как иначе. Он пришёл защищать мои земли, хотя с его-то авторитетом и возрастом мог спокойно сослаться на плохое здоровье и остаться дома, а вместо себя кого-нибудь другого послать.

Телеги тянулись к крепости ещё с полчаса, после чего я приказал Ратмиру, заниматься разгрузкой. Порох и орудия — это теперь было по его части.

Я пошёл считать бочки сам, так сказать, для понимая на что я могу рассчитывать. И получилось, что привезли семьдесят две бочки. Все обмазаны жиром, крышки вроде бы без щелей. Ратмир подошёл ко мне.

— Дмитрий Григорьевич, бочки я в дальний новый склад перевезу половину, вторую — в каменный погреб. А пушки, наверное, к нашим сразу поставим и с телег снимать не станем. Разве что лафеты проверим, мало ли, в дороге сломаться могли.

— Хорошо, — сказал я и, немного подумав, добавил: — Доброслава потом позови, пусть орудия простучит все. Если вдруг орудие какое не понравится, завтра с ним на стрельбище езжай и вначале двойной, а потом тройной заряд дай. Не дай бог в бою орудие рванёт. Сам понимаешь, что будет.

— Хорошо, Дмитрий Григорьевич, сделаю.

После чего он кивнул и убежал обратно к обозу.

— Порядок у тебя тут, — похвалил Холмский.

— Спасибо на добром слове. Но тут иначе никак. Граница с татарами слишком близко.

Я повернулся к Холмскому и отругал себя за то, что не подумал об этом сразу. Ну на кой чёрт ему стоять со мной и наблюдать за разгрузкой. Видно же было, что человек вымотался.

— Оставайся у меня, — сказал я. — Комнат сейчас свободных много. Своих я в Нижний Новгород к тестю отправил, так что стеснять никого не станешь.

— Не откажусь. — Он сбил сосульку с бороды. — Дорога была… морозная.

— Судя по всему, это ещё мягко сказано. Выглядишь как человек, которого несколько дней тащили за лошадью.