Книга Рассвет русского царства. Книга 8, страница 24 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Так я же лекарь! — возмутился я, но мои слова прошли мимо её ушей.

— И потом, — продолжала Алёна. — Инес ведь, почитай, дворянка европейская, языки знает. Вдруг с принцессой поговорить доведется?

Я махнул рукой, даже не представляя, как это будет выглядеть, но спорить с Алёной себе дороже.

После того, что она простила меня, и приняла Анфису в своём доме, я мог… вернее должен в чём-то уступать.

— Бери кого хочешь. Только чтобы в санях не ныли, что холодно.

Мы грузили подарки. Саблю для Ярослава я завернул в дорогую парчу. Клинок вышел знатный: темная, струящаяся сталь, рукоять из мореного дуба с серебряной насечкой. Думаю, такой было бы не стыдно и Великому князю подарить.

Ящики со свечами укладывали особенно бережно, перекладывая соломой и войлоком. Это было наше будущее, наша заявка на рынок роскоши.

— Ну, с Богом! — скомандовал я, когда все уселись. И обоз тронулся. Скрипнули полозья, фыркнули кони, и Курмыш остался позади.

Дорога до Нижнего Новгорода занимала двое суток при хорошей погоде. А погода стояла отменная. Снег искрился под солнцем так, что глазам было больно.

Я ехал верхом, рядом с Левой. И то, что я видел, мне не нравилось.

Вдоль дороги, то там, то здесь, цепочками тянулись следы.

— Волки, — коротко бросил Лева, сплевывая в снег. — Много их нынче.

Я кивнул.

— Стаи сбиваются. Голодно в лесу.

— Не к добру это, — нахмурился мой друг. — Если на одинокого путника наткнутся — костей не соберут.

— Вернемся — устроим облаву, — пообещал я. — Не хватало еще, чтобы они скот начали резать или, не дай Бог, детей таскать.

Но слава Богу наш путь вышел без приключений.

К вечеру второго дня на горизонте показались стены Нижнего Новгорода.

Нас ждали.

Ворота распахнулись при нашем приближении, и мы быстро доехали до княжеского двора под приветственные крики.

Андрей Федорович сбежал по ступеням крыльца, раскинув руки, словно мы были его самыми дорогими родственниками, которых он не видел сто лет.

Честно говоря, у меня камень с души упал. После той нашей ссоры в Москве, я опасался холодного приема. Думал, будет держать камень за пазухой. Но нет. Политика политикой, а родня родней. Или же он просто умел хорошо играть…

— Зять! — рявкнул он, стискивая меня в объятиях так, что ребра затрещали. — Рад видеть, тебя!

Потом он переключился на Алёну.

— Доченька! Красавица моя! — он расцеловал ее в обе щеки, оглядел с ног до головы. — Расцвела! Видать, хорошо муж кормит!

Я хмыкнул, своеобразному комплименту.

— Пожалуйте в терем! — приглашал князь. — Бани уже топятся, столы ломятся! Сегодня гуляем! Невеста послезавтра прибудет, а пока наш праздник!

Я шел следом, чувствуя, как отпускает дорожное напряжение.

Но была у меня одна новость, которую я должен был сообщить князю. Я поймал момент, когда мы остались в сенях одни, пока женщины раздевались.

— Андрей Федорович, — тихо сказал я. — Есть разговор.

— Выкладывай, — сказал он, наливая в кружку медовухи.

— Ты стал дедом, — ответил я. Князь замер. Улыбка медленно сползла с его лица, а я продолжил. — Моя служанка родила сына. Назвала Юрием.

Тишина повисла в горнице.

— Юрий… — князь покачал головой. — Крепкий хоть?

— Здоровый, как бык. И орет так, что уши закладывает.

Князь хлопнул меня по плечу.

— Ладно! Об этом потом потолкуем. А сейчас за стол! Но, — сделал он паузу. — Ярославу не напоминай, и жене моей тоже не стоит говорить. Пусть радуются празднику. А эти новости… Дети на стороне ни к чему сейчас.