Книга Рассвет русского царства. Книга 8, страница 25 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Утро началось с такой суматохи, будто на Нижний Новгород снова пошли татары. Ото всюду слышалась ругань ключниц и грохот передвигаемой мебели.

Я с трудом разлепил глаза. Голова после вчерашнего семейного застолья гудела, но терпимо. Мед, который выставил князь Андрей, оказался качественным, хмельным, но без дурных последствий.

Выбравшись из-под тёплого одеяла, я подошёл к окну, затянутому бычьим пузырём, и приоткрыл ставню.

Во дворе творилось нечто невообразимое. Холопы, сбиваясь с ног, таскали какие-то ковры, раскатывали дорожки прямо по утоптанному снегу. Другие, балансируя на приставных лестницах, развешивали на частоколе яркие полотнища ткани, маскируя серые бревна праздничным убранством.

Посреди всего этого хаоса метался без шапки, в распахнутом тулупе сам князь Андрей Фёдорович и рядом семенила княгиня Ольга, что-то быстро выговаривая мужу и одновременно тыча пальцем в сторону ворот.

— Да куда ж ты прёшь, дубина стоеросовая! — рявкнул князь на мужика, уронившего рулон красного сукна в снег. — Голову оторву!

Я усмехнулся. Быстро накинув рубаху и портки, я натянул сапоги и вышел на крыльцо. Алёна ещё спала, и я не стал её будить.

— Андрей Фёдорович! — окликнул я тестя. — Пожар, что ли? — И ещё шире улыбнувшись пошутил. — Или хан Ахмат лично пожаловал?

Тесть резко обернулся.

— Хуже, Дмитрий! — выдохнул он, взбегая по ступеням ко мне. — Дозорные прискакали. Едет!

— Кто едет? — не понял я.

— Софья! — князь схватился за голову. — На день раньше срока! Понимаешь? На целый день! А у нас ещё столы не накрыты как следует, половина гостей ещё в бане откисает!

— Спокойно, ну и пусть на день раньше, это же не на год позже. Сейчас всё устроим. Где они сейчас?

— Вёрст десять осталось. Час, не больше! — Ольга всплеснула руками. — А у меня Ярослав ещё спит, поди! Ох, позорище-то какое будет, если встретим византийскую принцессу в исподнем!

Я кивнул, понимая, что родня просто волнуется.

— Ярослава я сейчас подниму. Вы занимайтесь двором, только без паники. Лишняя суета только хуже делает.

Вернувшись в терем, я первым делом направился в нашу с Алёной горницу. Но жены уже там не оказалось. Голоса доносились из соседней комнаты, где разместили Инесс.

Я толкнул дверь. Внутри царила своя атмосфера предсвадебного переполоха. На лавках и сундуках грудами лежали платья, ленты, какие-то украшения. Алёна стояла посреди комнаты в одной сорочке, прижимая к груди синее бархатное платье, а Инесс, уже полностью одетая и собранная, поправляла ей причёску.

— О, господин, а постучаться? Ладно жену вы уже видели в исподнем… — и хитро так улыбнулась, что моя супруга тут же распознала сарказм, и слегка ущипнула подругу за бок. — Ой, больно! — отошла Инес. И повернув голову показала на Олену. — Ну я-то не про себя… а про неё!

— Ох, Инес… — произнёс я, качая головой. — И как в тебе умещается кротость и вот это вот…

В этот момент Олена обернулась, и её щёки тут же залил румянец.

— Дима! — воскликнула моя жена. — Ты чего тут ходишь? Али не слышал, что гости на пороге?

— Знаю, — кивнул я, опираясь плечом о косяк. — Тесть уже поведал СТРАШНУЮ, — дурачась я выделил интонацией слово, — весть.

— Вот именно! — Алёна метнула в меня встревоженный взгляд. — А ты ещё не одет! Иди, иди отсюда! Мне переодеваться надо!