Книга Рассвет русского царства. Книга 7, страница 73 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Но одно я знал точно. Разговор нам ещё предстоит, и не один. И что просто так эта история уж точно не забудется.

Мы въехали на площадь, и стук копыт о мостовую эхом отразился от каменных стен храмов. Я привык видеть Великую княгиню в тронном зале или в закрытых покоях, но сегодня Мария Борисовна удивила нас всех. Она была здесь, на улице, словно простая боярыня, решившая подышать воздухом.

Завидев нашу процессию, Мария Борисовна остановилась и развернулась к нам всем корпусом.

Подъехав ближе, мы с Шуйским одновременно соскочили с седел, бросив поводья подбежавшим конюхам, и низко поклонились.

— Великая княгиня-матушка, — первым подал голос Алексей, стараясь говорить бодро. — Рад видеть тебя в добром здравии и в столь светлый час.

Мария Борисовна смерила его изучающим взглядом. В её глазах плясали смешинки, но губы были сжаты строго.

— И я рада видеть тебя, Алексей, — произнесла она, и в голосе её скользнула едва заметная ирония. — Как твоя голова светлая? Не гудит, колокольным звоном не отдается? А ножки? Стоят твердо, не подкашиваются более, как давеча на поле?

Алексей залился краской по самые уши. Он покаянно склонил голову, прижимая руку к сердцу.

— Благодарю за заботу, княгиня-матушка, — пробормотал он. — Со мной всё хорошо. И прошу простить за тот… случай. Хмель попутал, будь он неладен. Я постараюсь, чтобы впредь такого срама не было.

Мария Борисовна слегка наклонила голову, и улыбка её стала чуть холоднее.

— Не надо «стараться», Алексей, — отрезала она. — Надо делать. Ты теперь глава Думы, на тебя люди смотрят.

Затем её взгляд переместился на меня. И в нём сразу поубавилось строгости.

— Строганов, — кивнула она мне. — А тебя какая нужда в Кремль привела?

— Великая княгиня, — ответил я, — Мне надобно с митрополитом Филиппом переговорить. По личному делу.

Её брови удивленно взлетели вверх.

— По личному? С Филиппом?

Мария Борисовна явно хотела расспросить подробнее, было видно, что её женское любопытство требовало деталей. Но она вовремя одернула себя.

Она перевела взгляд на возок, из которого как раз выбирались Анна Тимофеевна и моя жена.

— Что ж, — протянула Мария Борисовна загадочно. — Что-то мне подсказывает, что твоя супруга, Алёна Андреевна, мне об этом куда красочнее расскажет.

Она махнула рукой, отпуская нас.

— Ступай к владыке, Дмитрий. А ты, Алексей, иди к дьякам.

Я поклонился ещё раз и, бросив быстрый взгляд на Алёну, которая уже подходила к княгине, направился в сторону Успенского собора. Алексей же, понурив голову, поплелся в сторону приказных палат.

Я не слышал их разговора, но уходя чувствовал спиной, как взгляды трёх женщин скрестились на моей фигуре.

POV

Мария Борисовна смотрела вслед уходящему Строганову, пока тот не скрылся из виду. Только после этого она обернулась к гостьям.

— Встаньте, — мягко сказала Мария Борисовна, жестом приглашая их выпрямиться.

Её взгляд невольно скользнул по фигуре Алёны Бледной… теперь уже Строгановой. Молодая, как наливное яблочко. Зеленый летник, хорошо подчеркивал её тонкую талию и высокую грудь.

В груди Марии шевельнулось неприятное чувство, название которому… зависть.

Она сама была ещё молода, но четыре беременности, сделали своё дело. Она почувствовала себя увядающей рядом с этой весенней свежестью. Алёна ещё не знала, что такое бессонные ночи над колыбелью больного ребенка, не знала, как ноют кости к дождю после родов, не знала горечи предательства, не пила ядов под видом лекарств… много чего «не».