Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 57 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

А потом…

Однажды, когда отец взял его в Кремль, он шёл по второму этажу, когда услышал в дальней комнате плач. И каково было его удивление увидеть там Великую княгиню.

— С тобой всё в порядке, Мария Борисовна?

Она подняла на него глаза полные боли. Но не той, что чувствуют телом, а душевной.

— Что случилось? Кто тебя обидел? Я немедленно прикажу позвать сюда стра…

— Не надо никого звать. Всё равно никто мне не поможет. — Она сделала паузу. — Просто иногда муж и жена ссорятся. В этом нет ничего удивительного.

— Тебя обидел Иван Васильевич? КАК ОН ПОСМЕЛ⁈

— Глеб, успокойся, — сказала она, вытирая слёзы. — Ты хороший человек. Твоя жена будет счастлива с тобой.

Он посмотрел на неё удивлённо.

— Спасибо, Великая княгиня.

— Не называй меня так, — она приблизилась. — Здесь нет никого, кроме нас. Называй просто Мария.

— Я… не могу, — пролепетал он.

— Можешь, — она улыбнулась, и по слогам произнесла своё имя. — Ма-ри-я.

— Мария, — повторил он, и имя прозвучало интимно.

Как вдруг она наклонилась, и сама поцеловала его.

Глеб застыл. Мозг отказывался верить в происходящее. Великая княгиня целовала его. ЕГО!

— Мария, мы не можем. Что ты делаешь? Мы не можем?

— Почему? — спросила она, глядя ему в глаза.

— Потому что… ты жена Великого князя. Это… это измена.

— Я знаю, — она провела пальцем по его щеке. — Но хоть я и жива, но живой себя не чувствую. Понимаешь?

Он не понимал о чём она и попытался отойти, но она схватила его за руку, и если бы он тогда проявил характер…

Но она снова поцеловала его, и на этот раз он ответил.

С тех пор они встречались тайно. В её покоях, когда Иван был занят делами. В дальних комнатах терема, куда никто не заглядывал. Приходил днём, прятался в шкафах и там ждал наступления ночи.

Глеб знал, что это безумие. Знал, что рано или поздно их раскроют. Знал, что расплата будет страшной, но не мог остановиться.

Мария… она опьяняла, лишала разума.

И вот теперь он лежал под кроватью, на которой она занималась любовью со своим мужем, и молился, чтобы его не нашли.

До него доносились звуки, которые он старался не слышать.

«Господи, прости меня, — молился он. — Я больше не буду. Клянусь. Только дай мне выбраться отсюда живым».

Прошла вечность. Или, может, час. Глеб потерял счёт времени. Наконец звуки стихли. Он услышал, как Иван встал, оделся.

— Мне нужно идти, — сказал Великий князь. — Дела ждут.

— Иди, — ответила Мария. — Я отдохну ещё немного.

— Отдыхай, — сделав своё дело Великий князь, насвистывая какую-то мелодию, пошёл на выход.

Когда дверь закрылась Глеб выдохнул.

Как вдруг над ним раздался тихий смех.

— Можешь вылезать, Глеб. Он ушёл.

Глеб медленно выполз из-под кровати, поднялся на ноги. Он посмотрел на Марию, которая лежала на кровати, накрытая простынёй, и смотрела на него с улыбкой.

— Это было близко, — сказал Глеб.

— Согласна.

— Мария, это… это безумие! А если бы он увидел…

— Но не увидел, — она потянулась, словно кошка. — Всё хорошо.

— Хорошо⁈ — Глеб чуть не закричал. — Мы чуть не погибли! Он мог нагнуться, посмотреть под кровать, и тогда…

— Но не посмотрел, — она перебила его. — Успокойся, Глеб. Всё закончилось хорошо.

Он прошёлся по комнате, пытаясь успокоиться.

— Нам нужно это прекратить, — сказал он твёрдо. — То, что мы делаем… Это предательство. Мы можем поплатиться жизнью… не только своей, но и наших близких.