Книга Священный город бога-предателя, страница 288 – Лия Арден

Несмотря на все разногласия, Ойшу выгонять со двора Афшан не стал. Она была последней особенной жрицей Эшту, и он осознавал, насколько ценна её помощь. Он по-прежнему ей не доверял, но та служила его помощником с удивительным усердием, доказывая, что её истинная цель – благополучие Фарсиды.

Афшан проигнорировал намёк и поднялся на ноги. Не было ни единой мысли, как находить жриц и жрецов Кияны. Никто не знал, был ли вообще в том смысл и намеревалась ли богиня выбирать ещё кого-то, поэтому Афшан продолжал носить фамильные тёмно-синие одежды.

— Какую новую проблему ты мне принесла, Махра? – сухо поинтересовался Афшан, спускаясь по ступеням.

— Глаза… они всегда такие?

Неожиданный вопрос никак не удивил царя. По крайней мере, Махре удавалось сохранять отстранённое выражение лица и не таращиться на него, как это делали многие при первой встрече.

— Всегда.

Афшан научился контролировать огонь и жар, но к глазам пришлось привыкнуть. Его – когда-то карие – радужки сменили цвет: теперь у зрачка они были ярко-желтыми, уходящими в чёрный по краям.

Глаза животного.

Глаза совы.

Глаза змеи.

Глаза огня.

Глаза Кияны.

Как только не называли. Уходя после встречи с ним, люди плодили догадки и ассоциации, пересказывая так, как запомнили, а где-то откровенно привирали, нагоняя больше страха. Зрачок у него абсолютно человеческий, как и сам глаз. Просто цвет стал другим. Афшану были безразличны слухи, но если те нагоняли трепет или ужас, то они его устраивали. Это ему на руку.

Афшан прошёл мимо к столам с напитками и угощением. Взмахом руки предложил Махре, и та, помявшись, приняла приглашение.

— В вашем дворце аура чужого страха, ваше величество.

— После шести покушений – вполне заслужено, – парировал Афшан, налил воды в кубок и протянул его собеседнице.

— Девяти, – поправила Махра, принимая его.

Афшан не стал прятать безрадостную улыбку. Он специально назвал неверную цифру, но Махра, скорее всего, это поняла и всё равно не скрыла своей осведомлённости.

Чужие шпионы в его дворце. Как неприятно.

— Передай Малеку, что у нас перемирие и невежливо подслушивать. Пусть заберёт их, пока я сам не нашёл.

Махра сделала несколько глотков воды, прежде чем ответить.

— Они просто наблюдают и его величеству не служат. Они мои, по просьбе Найры.

— Значит, она знает обо всех девяти? – Он не позволил ни одной эмоции отразиться на лице.

— Знает.

Афшан лишь кивнул, надеясь, что информация дошла до сареши без единой подробности. Уже спустя месяц его восхождения на трон начались протесты. Как он и ожидал, люди очнулись, возмутились столь резкой сменой власти, царём-полукровкой, большим ухудшением урожая и прочим. Хотя почти ни в чём Афшан не был виноват, но из-за того, что трон занял он, все недовольства посыпались на него.

Четыре нападения наёмников, четыре отравления, три из которых при помощи знакомой удушающей смерти, и даже один взрыв, который действительно его едва не убил. Метка хорошо его защищала, а все последствия Афшан старался проживать один, позволяя разве что Ойше заботиться о нём в самые первые тяжёлые дни. Афшан не хотел, чтобы до Найры дошли описания, как его рвало часами из-за ядов, как взрыв лишил его способности ходить на пять дней, как было обезображено ожогами его лицо.