Книга Дикарка для Альфы, страница 152 – Рая Вельс

Теперь ответ у него был.

Юрий, словно угадав направление его мыслей, заговорил снова:

— Вы понимаете, что это означает, Аркадий Вольфович? Андреевский не смог убить её волчицу. Что бы он ни давал Нее все эти годы, зверь выжил.

Аркадий медленно поднял взгляд на серое зимнее небо.

Его дочь не просто была жива.

Она обратилась.

Не вся правда

Нея ещё долго стояла на крыльце, глядя на тропу, по которой ушла Лилия, хотя та уже давно скрылась между деревьями. Холод постепенно пробирался под одежду, пальцы начали мёрзнуть, но возвращаться внутрь всё равно не хотелось. Перед глазами снова и снова возникала та самая фотография: Дамир в своей спальне и женщина рядом с ним под одной простынёй.

Нея зажмурилась, словно могла таким образом прогнать увиденное, и заставила себя отвернуться. Делать выводы только потому, что Лилия пришла сюда и рассказала ей свою версию происходящего, было бы глупо. Она могла лгать, могла намеренно показать фотографию так, чтобы Нея увидела именно то, что должна была увидеть, ведь один снимок сам по себе ещё ничего не доказывал, каким бы убедительным ни казался.

Гораздо сильнее её тревожило другое: существование самой Лилии уже нельзя было объяснить ни удачным ракурсом, ни чужой ложью. Эта женщина утверждала, что живёт в доме Дамира, и говорила об этом слишком уверенно, чтобы Нея могла просто выбросить её слова из головы.

В конце концов она всё же заставила себя вернуться в дом.

Дед Матвей ничего не спросил, только посмотрел на неё из-за стола, задержав взгляд чуть дольше обычного, а затем молча подвинул ближе кружку с горячим чаем. Нея благодарно обхватила её ладонями и просидела так довольно долго, почти не притронувшись к напитку, потому что мысли упорно возвращались к недавнему разговору.

Она ждала Дамира, хотя впервые за последние дни это ожидание не приносило ей радости. Порой Нея ловила себя на желании, чтобы он вообще сегодня не приезжал и разговор можно было отложить ещё хотя бы на несколько часов, но уже спустя минуту прислушивалась к каждому звуку за окном. Как бы ни хотелось избежать предстоящего объяснения, она понимала, что должна сначала выслушать его и только потом решить, чему из услышанного стоит верить.

К вечеру за окнами начало темнеть, и Нея в очередной раз прислушалась, но на этот раз причиной стало не собственное нетерпение. Где-то вдалеке появилось знакомое присутствие, которое она теперь безошибочно узнавала, и с каждой минутой оно становилось всё отчётливее. Дамир приближался быстро, настолько, что Нея почти сразу поняла: через лес он добирается в облике зверя и явно торопится. Сердце болезненно ударилось о рёбра, а всё, что она собиралась сказать ему при встрече, вдруг перестало казаться таким простым.

Нея чувствовала, как расстояние между ними стремительно сокращается, а знакомое присутствие становится всё сильнее и отчётливее. Наконец снаружи послышались шаги, дверь открылась, и в дом вошёл Дамир — уставший, небритый, с залёгшими под глазами тенями, словно последние трое суток он действительно почти не спал. Но стоило ему увидеть Нею, как напряжение на его лице немного отступило, а взгляд сразу потеплел.

— Наконец-то выбрался.

Он сразу направился к ней, и Нея едва удержалась от привычного движения навстречу. Дамир, похоже, не заметил её короткой заминки и, переведя взгляд на Матвея, протянул ему руку.