Книга Третий. Том 7, страница 38 – INDIGO

— Да ты обалдел, что ли? Хочешь, чтобы остатки колонии у нас разнесли? Просто продай его им. Отделайся от проблемы.

— У меня есть сильное подозрение, что это никакая не корпорация, а сами Имперцы или Мидланд ведут свои игры. Скорее второе. Мидланд выкрал её, а теперь хочет ещё и получить его, заодно подставив имперцев. Думаю, нам влезать в эти их разборки крайне опасно. Мы просто станем пешками в их разборках, с последствиями которые не сможем предугадать. Если мы продадим парня, Мидланд получит то, что хочет, а имперцы будут в бешенстве. Сделаем, наоборот, будет то же самое, только в другую сторону. Если мы оставим его здесь, Мидланд будет нас атаковать или имперцы. В любом случае мы в проигрыше.

Оверт помолчал, он видел, как Харт взвешивает варианты, рассчитывает убытки, прикидывает риски. Это был его привычный способ работать. Холодный, расчётливый, лишённый эмоций.

— Да, если это так, влезать в это крайне опасно, — согласился Оверт со вздохом. Этот вздох выразил всю его разочарованность ситуацией. — А если в другой системе? Там, где его не знают? Может, всё-таки попытаться переместить его в другое место?

— Транспортировка — это уже операция. Нужны документы на перевод, конвой, транзитные разрешения. На каждом уровне разумные, которые могут продать информацию. Слишком длинная цепочка для того, чтобы оставаться тайной. Слишком много возможностей для утечки информации. Любая попытка перевести его будет известна чуть ли не до её начала. Думал я об этом. Считаю это сложно, почти невозможно.

— Так придумай что-нибудь, — сказал Оверт с лёгким раздражением в голосе, каким говорят с подчинёнными, которые приносят только проблемы. — Ты ведь начальник колонии, не так ли? Это твоя работа, решать проблемы.

— Рад бы, — произнёс Харт, — но есть проблема, которую я не могу обойти. Он несовершеннолетний.

Оверт вопросительно посмотрел на него.

— А его опекун — лейтенант службы безопасности флота, — продолжил Харт. — Без его согласия и его подписи любая операция с заключённым будет незаконной. Не то чтобы нас это раньше особо останавливало, но флотское СБ — это не наша местная полиция. Эти умеют работать. Эти умеют искать. И если мы попробуем что-то с парнем сделать без согласия его опекуна, флот пришлёт к нам проверку. Серьёзную проверку.

— Насколько плотно лейтенант следит за делом? Он вообще в курсе текущего положения подопечного? Может, он просто формально опекун и не вмешивается?

— Получает ежемесячные отчёты о состоянии подопечного, как требует регламент. Последний отсчёт отправился к нему десять дней назад. Там ничего критического не было — стандартная обстановка, карантинный период. Но если что-то изменится, он имеет право запросить внеплановую проверку. И мы обязаны её предоставить.

— То есть он может в любой момент приехать лично?

— Теоретически — да. Но на практике офицеры флотского СБ редко летают в колонии лично. Предпочитают дистанционный контроль. Пока всё в рамках регламента — вмешиваться не станут. Они лениво следят за своими подопечными издалека. Но это до момента, пока что-то не случится.

— Так заплати ему, — сказал Оверт просто, будто предлагал купить кому-то стакан воды. — Найди подход, предложи сумму. У каждого есть цена.

— Можно попробовать, — осторожно ответил Харт. — Но у меня нет на него выходов. Ни прямых, ни косвенных. Флотское СБ с кем попало в неформальный контакт не вступят. Особенно по вопросам, касающимся их подопечных. Слишком рискованно для них же самих. Если офицер примет взятку по делу подопечного и это всплывёт, конец карьере, а возможно, хуже.