Онлайн книга «Демон из средней школы. Повесть первая»
|
Носилки спускали по тропе с остановками на каждом повороте. Скорая увезла его в городскую больницу. Одеяло увезли с ним. Мальчика искали до темноты. Ходили по склону, заглядывали под сосны, звали: — Котори! Никто не отозвался. Когда начало смеркаться, включили фонари. В протокол записали: около десяти лет, имя со слов свидетелей — Котори, фамилия неизвестна, родители неизвестны, место жительства — храм; особые приметы — жёлтые глаза. Со слов заявительницы, возможно, носит цветные линзы. Внизу, у последнего дома, всё ещё ждали Нанами и Рико. Когда стемнело, их отправили домой. Из Юрэй приехали через два дня, пока старик лежал в больнице. Две машины без надписей доехали до конца дороги. Дальше приехавшие пошли пешком, как все. Людей было четверо, в обычной одежде, с чемоданчиками, которые при полицейских не открывали. Старшему полицейскому показали бумагу. Он прочитал и увёл своих вниз. У последнего дома сказал соседям, что приехали из управления. Соседка переспросила, из какого. — Юрэй, — сказал полицейский и больше ничего не добавил. Храм они осматривали полдня. Ходили по двору, по залу, за залом. Поднимались на леса, заглядывали под брезент. Один долго стоял у колокола и что-то писал; другой снял с верёвки между сосен бумажку, посмотрел и повесил обратно; третий вынул из ящика у стены парчовый мешочек, прочитал надпись и положил на место. Прочитали и доску у ворот. Сказали, что о таком храме не слышали. Ничего не нашли. Так и записали: следов не обнаружено. Спустившись к машинам, спросили у оставшегося полицейского про название. — Токивасурэ, — сказал он. — Здесь его так называют. Это тоже записали. — А что вы искали? — То же, что и вы. Потом поехали в больницу. Старик был совсем плох. На все вопросы он говорил «Нанко» и больше ничего. Один из приехавших присел у койки и разжал ему кулак. Пальцы поддались. Он повернул тёмный камень к свету, посмотрел на знак, вложил камень обратно в ладонь и сам сомкнул стариковские пальцы. Потом вышел в коридор и кому-то позвонил. Вернулся, сел у койки. — Сто шестнадцать. Старик сказал «Нанко». К вечеру за ним пришёл транспорт Юрэй, и старика увезли из городской больницы в место, которое в отчёте называлось убежищем. Причину записали там же: город не выдержал бы ещё одного прорыва Миазмы. Предыдущий, как следовало из отчёта, ликвидировал старик. Способ установить не удалось. Отчёт был на четырёх страницах, с графами. Место: «заброшенный храм на склоне над жилым кварталом». Объект: «сотрудник в отставке, личный номер 116». Фамилию не вписали: в этой графе стоял номер. Свидетели: «продавец, работник игрового центра, две школьницы, жительница последнего дома». В графу «побочные жертвы» вписали одну строку: «Бродяжка — на вид 10–12 лет, откликается на имя Котори, жил при храме, унесён призраками». Имя взяли из полицейского протокола. Из больницы экзорцисты вернулись к храму. Ночевали в машинах внизу, утром поднялись снова и остались ещё на день. Курили у ворот, складывая окурки в пакет, ходили вокруг колокола. Один сидел на верхней ступеньке рядом с термосом и чертами. Термос никто не тронул. Внизу зазвонил колокол, и тот, что висел под крышей, отозвался. Один из экзорцистов приложил к нему ладонь и подержал. Доложили, что чужой духовной силы здесь столько, что она мешает их собственной, и лучше не лезть. Сам храм трогать не стали. Тут и так намолено, сказали они. Пока они там были, пришла старуха из последнего дома на склоне. Поднялась с пакетом, не глядя на них, положила тофу в маленькое святилище между двумя каменными лисами — одна была без головы. На того, кто сидел рядом на камне, шикнула: — Зачем Инари-саму обижаете? Тот встал и отошёл. Пришёл Такаяма — в пальто, с большим бумажным пакетом. Поклонился стражу без лапы, поставил пакет на нижнюю ступеньку, постоял перед открытой дверью, что-то негромко сказал в неё и, спускаясь, потрогал волосы над ухом. Что в пакете, смотреть не стали. Парень из игрового центра дошёл до ворот, постоял и повернул обратно. Внутрь не зашёл. Один из экзорцистов закурил у крыльца и сказал: — Мистика какая-то. Выглядит заброшка заброшкой, а смотри, сколько народу сюда ходит. Мёдом им тут намазано, что ли? Второй не ответил. Неподалёку, над кучкой сметённых листьев, кружилась стайка мотыльков — совсем не по погоде. |