Онлайн книга «Еще 11 минут радости»
|
— Ты уже хочешь замуж? – не удивилась я. — Хочу. Быстро, да? Надо притормозить, да? — Тут ты нашла, конечно, с кем посоветоваться, дорогая! Если слушать Фросю, тормозить придётся лет двадцать… — Тоже верно, – вздохнула Таська. – Что ж делать-то? — Встречаться. Наслаждаться жизнью. Узнать, кто такая Юля, – перечислила я. – А потом, если не перехочется, можно и замуж. Я вспомнила всех Таськиных мужей по очереди – Ермолаева, Емельянова, Евдокимова – и задала главный вопрос: — А как фамилия Жени? Елисеев? Еремеев? Елистратов, не дай бог? — Айвазян, – тепло улыбнулась Таська. – На четверть армянин. — В таком случае меня кое-что смущает. — ЧТО?! – глаза Алейник метнули весеннюю молнию. — Из всех прекрасных и фактурных армян мира на тебя почему-то свалился голубоглазый блондин, напоминающий Дмитрия Харатьяна! Следующие несколько месяцев я Алейник почти не видела. Во всяком случае, без Айвазяна. Даже когда мы с Таськой договаривались на полчаса пересечься за кофе, к двадцатой минуте выяснялось, что «сейчас подъедет Женя, ты не против?». Я, честное слово, против не была. Сама удивлялась, но – не была. Мне даже нравилось, что Айвазян так быстро стал частью нашего маленького пейзажа. И сам Женя нравился, и то, как он относится к Таське, и то, какая она с ним. Я видела уже в её исполнении брак по дружбе, по страсти, по разумному расчёту. Ермолаевым она руководила, перед богемным Костей Емельяновым немного приседала, с дантистом Лёней Евдокимовым терпеливо воссоздавала семью с картинки. А тут просто жила себе. Как-то естественно у них с Айвазяном всё сложилось: отношения без неловкости, без напряга, по-настоящему на равных. Ни с кем она не могла быть настолько собой. Ну, почти ни с кем, как выяснилось. Однажды в кофейне Алейник вышла в туалет, и мы остались с Женей вдвоём за столиком. Он расплатился за всех, отказался от моих жалких чаевых и спросил: — А как вы с Тасей познакомились? — На журфаке, – удивилась я. – Неужели она не рассказывала? — Не где, а как, – с нажимом уточнил Женя. — М-м, – напряглась я, вспоминая детали. – Я стояла в очереди у аудитории 202. Алейник подошла, взяла меня под локоть и сказала, что я ей подхожу. А на следующий день мы стали жить вместе. Айвазян широко улыбнулся: — Теперь понятно. — Что тебе понятно? — Да Тася говорит, что мы с тобой похожи. И что я ей как Фрося, только мальчик. — Правда? Чем же? — Ну, вот теперь понятно чем. — Мне непонятно. — Она нас выбрала. — Ты-то на неё сам упал. — Мало ли кто на неё падал, – резонно заметил Женя. – Но я остался. И ты. Видимо, мы как-то ее оба уравновешиваем, дополняем. И любим «всю Алейник, а не частями» – Тася сама так говорит. Смешная. Можно подумать, её трудно любить… — Слишком ты тонко чувствующий для математика, – оценила я. — А у меня мама психиатр, – засмеялся Айвазян. – Хочешь эспрессо на дорожку? Даже это он почувствовал! Однажды, в конце лета, мы с Алейник встретились у меня на Соколе. Я только что вернулась с работы, оставив Румянцеву и Ермолаева обсуждать текст про неочевидные достопримечательности Геленджика, Таська тоже ехала домой и напросилась в гости. Я прошла на кухню, надела фартук, поинтересовалась: — А на Женю кофе варить? Алейник хмыкнула, будто принимая несмешную шутку, догнала меня, посадила под чудовище и спросила: |