Книга Еще 11 минут радости, страница 142 – Евгения Батурина

А на горе стало темно. И когда я подошла к стоянке фуникулёра, чтобы ехать вниз, выяснилось, что он по техническим причинам временно закрыт. Тут телефон пожаловался: «Фрося, ты нафотографировала столько закатов и небоскрёбов, что у меня вот-вот сядет батарея». И ветер задул недобро, требовательно. Конечно, вокруг всё было освещено электричеством, и работали рестораны, и ходили люди, и торжествовала цивилизация. Но мне вечером и ночью всегда немного неуютно, тем более в незнакомых местах. Я начинаю плохо ориентироваться, теряюсь, даже слышу хуже. Темнота – друг молодёжи, а женщинам 35+ нужны другие друзья.

«Ты знаешь, как спуститься с пика Виктория?» – написала я, забыв поздороваться.

Митя ответил почти сразу: «Привет! Есть несколько способов. На фуникулёре, он же “пик трам”, на автобусе, на такси, пешком. На фуникулёре быстрее и веселее всего, но бывают очереди». Похоже, он решил, что мне это нужно для статьи…

Митя что-то ещё долго печатал – я следила за анимированными точками, с тоской прикидывая, надолго ли хватит разряжающегося телефона. Потом на экране высветилось неожиданно короткое сообщение:

«Погоди. Фрося, ты что, сейчас там?».

«Да, – призналась я. – Около фуникулёра. Он не работает».

Точки пропали, появились опять.

«Ясно. Тогда никуда не уходи. Я скоро буду».

Митя вышел из такси такой спокойный, будто к нему каждый день заявляются всякие Фроси и просят снять их с горы (может, так и есть?).

— Привет, – сказала я, помахав севшим телефоном. – А фуникулёр опять работает.

Он заработал, как только мой аккумулятор окончательно разрядился.

— Хочешь поехать на фуникулёре? – спросил Митя невозмутимо.

— Нет. Хочу с тобой.

— Ладно, – он улыбнулся. – Пойдём.

В такси я его поцеловала – в щёку, в качестве приветствия. Рассказала, что приехала в пресс-тур до 25 сентября.

— А сегодня 22-е, – констатировал Митя.

— Угу.

— И интересная у вас… программа?

— Очень. Сегодня я её уже пропустила. Ни коктейлей мне, ни димсамов в виде поросят, ни алых парусов.

— С коктейлями могу помочь.

Такси доставило нас к шумной яркой улице, полной баров и кафе. Митя сказал, что живёт недалеко, и мой отель, как выяснилось, оттуда тоже довольно близко.

— Я тебя потом провожу. Зайдём вот сюда? За коктейлями.

— А димсамы в виде поросят есть?

— Есть пицца в виде… пиццы. Но хорошая, там шеф – итальянец.

— Сойдёт!

Внутри было прохладно и довольно тихо – в отличие от соседних заведений. Притом что все столики, кроме нашего, кто-то уже занимал. Интерьер на Гонконг никак не намекал, скорее как раз на Италию: уютно, тёплый свет, много дерева.

— В Гонконге придерживаются концепции «Восток встречается с Западом», – объяснил Митя. – Пытаются взять лучшее от обеих культур. На практике это значит, что ты запросто найдёшь и отличную пиццу-пасту, и английский паб, и кантонскую кухню, и музыку любую.

— Я заметила ещё, что здесь молодёжь в основном продвинутая, модная. Хорошо одевается и прекрасно говорит по-английски.

— Да, и расскажет тебе по-английски, в какой бар лучше идти праздновать, а в какой – запивать проваленный проект.

— А мы что будем делать? Какая у нас концепция?

— Встреча старых друзей, наверное. Поэтому я тебя сюда привёл: здесь всё-таки ресторан, хотя бы поговорить можно. Вокруг, как видишь, в конце рабочей недели происходит безудержный бар-хоппинг. Люди тусуются, общаются и перебираются из одного бара в другой.