Книга Турецкий. Цейтнот, страница 34 – Андрей Лучиновский

Ничего лишнего не брать… Ага, попробуй объяснить это Лике. Даже у Даны вещей набралось с небольшой рюкзачок, зато у Лики получилась здоровенная сумка. Женская сумка – это вообще портал в другое измерение, и женщина общается с ней всего двумя фразами: "Ой, куда это делось?" и "Ой, откуда это взялось?!"

— Сама потащишь? – хмуро спросил я, попробовав приподнять её баул.

Килограмм десять-двенадцать там точно было.

— Не забыл, что я беременна? – хихикнула Лика и добавила уже серьёзно, – До флайера дотащу.

— Ладно, у нас Вжик не боец, вот его и привлечём. Только переложи всё из сумки в рюкзак, у Серёги и своё барахло будет, компьютерное.

Через минуту, когда моим глазам предстали вытряхнутые на кровать вещи, у меня отвисла челюсть – большая часть груза была метательным оружием всех мастей.

— А это тебе зачем? – ехидно спросил я, ткнув пальцем в топор с укороченной ручкой.

— Туловище отделять от головы, – по-деловому ответила Лика, – Никогда не знаешь, что и когда может пригодиться.

Я громко фыркнул, мысленно махнув рукой на её очередной закидон. Но, как оказалось, зря.

Раздался мелодичный сигнал браслета – восемь часов вечера. Пришла пора перебираться к Берендею, именно оттуда мы должны исчезнуть, не оставив не малейшего следа. Лика с Даной отправились к нему раньше всех и, естественно, на байке. Подозрений это вызвать не должно, прихватившая подругу дочь навещает своего отца. Виконт Дынин, он же Дюжина, поехал сначала в ЧВК, чтобы захватить там поручика Белову. Вряд ли "тени" следят за передвижениями моих гвардейцев, а если даже и так, то визит одного из них в главный офис работодателя вряд ли их насторожит. Рысь и Вжик покинули особняк на флайере Кузьмы Фёдоровича, причём Лёня перешёл в невидимость и наблюдатели могли видеть в салоне машины только Серёгу. В итоге дома остался только я. У меня ещё оставались тут очень важное дело, которое мне предстояло сделать самому. Вообще-то дел было два, но второе я собирался завершить, когда доберусь до дома Берендея.

Первое, и самое важное – это разговор с матерью. Она уже была в курсе моего отъезда, хотя и высказалась против. Вот и сейчас, едва я вошёл в её покои, как она, показав мне рукой на кресло, начала меня отговаривать:

— Кирилл, не понимаю твоей упёртости. Ты точно уверен в необходимости такого шага? Через пару дней я потребую у Императора аудиенции, где поговорю с ним о возвращении нашему роду всех утраченных прав и привилегий. Синельников мне всё рассказал, на лицо предательство Сутормина, доказательств будет предостаточно.

— Ма-а-ам… Не всё так просто, как кажется на первый взгляд. Сутормин ведь не по собственной инициативе устроил мясорубку в нашем имении, его на это вынудили, – ответил я, сообразив, что полковник умолчал о роли князя Старикова, – К тому же тебе потребуется минимум пара недель на бюрократию – проверка личности, ведь официально ты погибла. И браслета у тебя нет, а это значит, что после того, как ты докажешь, что являешься Маргаритой Ильиничной Турчаниновой, потребуется время на его изготовление и внесения сведений в общий реестр Империи. Но самое главное даже не это… – я на пару мгновений замолчал, – На основании того, что папа и Костя, – Глава рода и официальный наследник, – погибли, Император может отказать тебе в возрождении рода Турчаниновых, и ты снова станешь княгиней Стариковой, а я вообще неизвестно кем. После принятия Георгием такого решения у тебя останется всего два варианта: или смириться и тихо вернуться к своему роду, или возмутиться и тут же попасть под репрессии, которые тебе обеспечил твой отец, выступивший против Императора.