Книга Турецкий гамбит, страница 45 – Андрей Лучиновский

Но он не из тех, кто отступает, и после того случая специально начал ждать моих прыжков, подселяя своё сознание в критические на его взгляд моменты. Экспериментатор, хренов, ведь спокойно мог себя угробить. Но тренировки своё дело сделали и последний свой перенос со мной во дворце он пережил вполне себе ничего. По его словам, естественно, кто же их проверит.

Вообще-то мы ждали приезда Гримёра. После такого "пространного" объяснения Рыси, я перевёл тему на очень важный вопрос — оставить ли мне ту внешность, которая у меня была после первой операции или попросить вернуть себе старую. Лика почему-то захотела, чтобы мне сделали "исходный вариант", но цвет глаз остался бы новый. На мой недоуменный вопрос "Зачем?", она тихонько рассмеялась:

— Мне вот абсолютно пофигу на твою внешность, но твои глазищи… Ты меня ими и совратил. Стоит передо мной молоденький нахал с раскосыми глазами и втирает мне про мускулистую и волосатую грелку на ночь. Ух, как я тогда разозлилась. Пока в твои моргалки не заглянула и не утонула в них.

И она стукнула меня по ноге кулачком. Приятно-то как сразу стало, чёрт побери. Наверное придётся всё-таки жениться после таких слов. Хотя, что за дебильные мысли? Жениться по-любому придётся — ребёнок… И дело вовсе не в том, что Берендей меня никогда не простит, хотя и ляпнул недавно, что жениться нам не обязательно. Это мой ребёнок и я люблю Лику.

Приехавший через полчаса Гримёр, вдрызг разбил все её мечты, заявив после тщательного осмотра, что собрать он сможет только второй вариант моей физиономии — "полукатайский". После чего выгнал всех из палаты и начал выкладывать свои инструменты на столик, поставленный Рысью невдалеке от моей кровати.

— Готов? — злобно оскалившись и покачивая зажатой в руке острой железякой, Гримёр направился ко мне.

Я знал, что ему известно, кто я такой, поэтому с улыбочкой ответил:

— Сейчас на пару минут назад прыгну, когда у тебя в руках ничего не будет, и влеплю молнией… куда не надо.

Постояв несколько мгновений в задумчивости, Гримёр невозмутимо парировал:

— А давай попробуем. У меня последнее время небольшие проблемы с потенцией. Вдруг, да поможет?

Мы переглянулись и синхронно рассмеялись в голос.

Сколько длилась операция я не узнал и в этот раз, но когда пришёл в себя, Гримёр всё еще был в палате и давал последние наставления Лике. С трудом разлепив тяжёлые веки, я начал прислушиваться к их разговору, глядя на маячившую передо мной спину девушки, перекрывающую весь обзор. Вернее к монологу Гримёра:

— Не трогать голову пять дней до снятия повязки, потом ещё два дня перевязок для полной реабилитации кожи. Я приеду, чтобы снять бинты, сами не трогайте. В общем, Анжелика Мстиславовна, если у вас возникнут вопросы по уходу, то меня не беспокоить, обращаться к Линки или к Константину Борисовичу. Они уже ухаживали за этим пациентом и всё вам подскажут, — после чего я услышал звук шагов, направляющихся к двери, — Кстати, Линки, пойдём-ка, проводишь меня.

— Ты, наверное, насчёт оплаты хочешь узнать? — деланно грустно спросил Рысь на ходу, — Давай в рассрочку, наличных денег сейчас нет.

Как только дверь за ними закрылась, я таким же кислым голосом поинтересовался у девушки:

— Я так понимаю, что мне предстоит неделя безудержного секса? Лика, меня надолго не хватит.