Книга Турецкий гамбит, страница 69 – Андрей Лучиновский

Но как раз подумать-то мне и не дали. Через пять минут моё одиночество было нарушено самым наглым образом — в ванную комнату ворвалась настоящая фурия и, прижавшись ко мне всем телом, начала "производить надо мной развратные действия". Некоторое время я просто любовался стройной фигуркой, водя рукой по гладким бедрам и по не очень большим, но округлым и упругим ягодицам Лики. Вторая рука блуждала по её телу, касаясь то бедра, то шеи, то груди. Прислушиваясь к дыханию девушки, и чувствуя, как напрягается и расслабляется её тело, я сосредоточился на более глубоких ласках. Лика прерывисто вздыхала, чуть покачивая бедрами…

В общем, помылся я только через полчаса, как раз к приезду Синельникова и Берендея.

* * *

[4] Тыльник — навершие, металлический элемент, который защищает тыльную часть рукояти.

— Не рановато ли, Кирилл Андреевич? — прямо в лоб спросил Синельников, как только я озвучил своё решение.

— Боюсь, что поздно, Пётр Ильич. Да вы и сами видите, что волки из новых уже начали увольняться из ЧВК. А нам необходимо удержать старую гвардию, без неё род Турчаниновых станет пустым звуком, нас попросту съедят.

Синельников поджал нижнюю губу и покачал головой. Я видел, что командующий гвардией со мной согласен, но всё ещё оценивает все риски такого шага с моей стороны.

Рысь и Берендей молчали, глядя куда угодно, но только не на меня. Два засранца. Встряхнуть это болото?

— Мстислав Игоревич, у меня возникло стойкое ощущение, что я вам чем-то не угодил или перешёл дорогу… не там, где надо.

— С чего ты это взял, Кирилл? — удивлённо прогудел Берендей.

— Где обещанная вами радиостанция? Почему мои люди вынуждены ездить туда-сюда чтобы сообщить или узнать срочные новости?

— Эмм… Возникли некоторые трудности. Не мы одни такие умные, радиостанции начали скупать сразу же после указа Императора, а это штучный товар.

— Мне-то не надо втирать туфту, их производят на вашем заводе, Мстислав И-го-ре-вич, — по слогам произнёс я берендеевское отчество, добавив в него щедрую порцию сарказма.

Тот промолчал и, упрямо сжав губы, уставился на Синельникова, словно ожидая от того поддержки. И Пётр Ильич его не подвёл.

— Простите, Кирилл Андреевич, я забрал радиостанцию для нужд ЧВК. А если быть точным, то для нужд вашей гвардии и вас лично.

Обалдеть! Без меня меня женили. И это уже не в первый раз.

— Дануна?! — сорвался я, — Это какие же такие нужды вдруг возникли у не легализованной Императором гвардии без моего ведома? Не поясните, уважаемый Пётр Ильич?

— Созданы три мобильные группы поддержки, которые размещены в ключевых точках столицы.

— То есть вы хотите сказать, что у вас было три радиостанции? — мои брови поползли вверх.

— Так точно.

— Ох-ре-неть, — я перевёл взгляд на Берендея, который молча развёл руками.

— Зато теперь вы можете не посылать людей, радиосообщение из любой точки города дойдёт до адресата с минимальными задержками — станции работают, как репитеры.

— Почему я узнаю об этом только сейчас?! — внутри меня начала зарождаться волна злости.

— Работы по установке станций на транспорт и выезд на места дислокаций были закончены только час назад, Кирилл Андреевич.

Твою же маму! Как же задолбал этот бардак. И тут меня посетила неожиданная мысль — а как бы поступил в такой ситуации мой отец? Невозмутимость и дипломатия… Я прикрыл глаза и медленно выдохнул.