Онлайн книга «Призраки Белого Мыса»
|
— Давай! Ну же! Машина не отзывалась, и тогда он поднял глаза. В окне на втором этаже горел мягкий, жёлтый, живой свет. В проёме, опершись рукой о раму, стояла женщина в белом. Смотрела прямо на него и улыбалась. Денис схватился за камеру. Красный огонёк не горел. Телефон показывал чёрный мертвый экран. Он остался один в сумерках белой ночи под взглядом женщины, которой здесь просто не могло и не должно было быть. А потом он услышал это... Звук, похожий на то, как осыпается земля с края свежей могилы: медленное, неотвратимое ш-ш-ш. Оно приближалось. Обернуться он не успел. Волосы на затылке шевельнулись от чужого дыхания, густого, сладковатого, пахнущего ландышем и сырой землёй. А потом наступила тишина, глубокая, как обморок. Четыре дня спустя. 25 июня, вторник. Санкт-Петербург, издательство «Ершов и Ко». Тишина в кабинете стояла густая, как в подвале заброшенного дома. Глеб откинулся в кресле и нажал «Play». Сначала был только чёрный экран. Затем камера дёрнулась, и он увидел серую, тяжёлую усадьбу, с ломаной линией крыши. Слышалось дыхание Дениса: частое, но ещё контролируемое. — …объект, время, начало осмотра… - заученной скороговоркой пробормотал голос за кадром. Затем щелчок, камера ушла в карман, и наступила тишина, нарушаемая только шагами по гравию. Глеб знал, что будет дальше, но не мог заставить себя остановить запись. Он смотрел, как луч фонарика скользит по стенам, как Денис комментирует роспись, как находит телефон. А потом свет начал гаснуть плавно, медленно, словно кто-то выкручивал фитиль керосиновой лампы. Камера всё ещё снимала, но картинка становилась зернистой, неестественно чёрной. — …разрядился… — голос Дениса дрогнул. Слышно было, как он щёлкает кнопкой. -Давай, ну… Глеб, если ты это смотришь… Он не договорил. В динамиках раздался многослойный шёпот, будто несколько голосов говорили одновременно, накладываясь друг на друга: — …ты можешь остаться… тебе не будет страшно… я ждала… Денис задышал чаще. Камера дёрнулась, выхватив из темноты белое пятно - женскую фигуру в светлом платье. Она стояла неподвижно, лишь голова едва заметно качнулась, будто прислушиваясь. — Кто вы? - голос Дениса сорвался. Женщина в кадре улыбнулась. Глеб мог поклясться, что улыбка стала шире, хотя движения губ он не заметил, просто в один миг лицо изменилось, как меняется картинка в детской книжке, если повернуть страницу под определённым углом. — Ты пришёл, - сказала она голосом, который был одновременно и ласковым, и каким-то… влажным, будто слова проходили сквозь воду. - Я знала, что ты придёшь. Я всех вас ждала. Очень - очень долго. Камера задрожала. Денис пятился, спотыкался о невидимые в темноте обломки, и дыхание его становилось громче, отчаяннее, пока не перешло в сдавленный крик. — Пожалуйста… - прошептал он. - Я просто… — Ты просто хотел посмотреть дом, - перебила женщина, и в голосе её не было ни насмешки, ни угрозы - только усталость. - Все просто хотят посмотреть дом. А потом остаются. Наступила пауза. Глеб услышал, как что-то хрустнуло - то ли ветка, то ли кость, - и голос Дениса, уже совсем тихий, едва различимый: — Она не на портрете. Она здесь. Она всегда была здесь. И она… ждала. Не меня. Но ждала. И теперь… Запись оборвалась, просто резкий щелчок, и тишина, как будто кто-то вырвал шнур из розетки. На чёрном экране застыла иконка канала «Мёртвые места» - череп с объективом камеры в глазнице. |