Книга Круиз на краю бездны, страница 96 – Людмила Мартова

— Тогда она в очередной раз сменила фамилию и стала Быстровой…

— Да. Ей было тридцать лет, а ее мужу сорок. Он работал научным сотрудником в Академгородке. Оказалось, что у Анны Михайловны не может быть детей, но жили они хорошо, ровно, как она говорила, без особых страстей и потрясений. Муж ее после скандального развода с первой женой искал уюта у мирного домашнего очага, и это Анна Михайловна всеми силами и старалась ему обеспечить.

— Как звали ее мужа?

— Олег Леонтьевич. Чудесный был человек, и Анну Михайловну очень любил, хотя она ему не отвечала взаимностью.

— Почему вы так думаете? Вы его знали?

Лиза оставила ее вопрос без ответа, ровным голосом продолжая свой рассказ.

— От первого неудачного брака у него осталась дочь. Восьмилетняя Варенька. Олег Леонтьевич очень ее любил. Ее мать не препятствовала их общению, так что девочка частенько бывала у них дома и даже на море с ними каждый год ездила. Матерью она Анну Михайловну не считала, но отношения у них сложились хорошие. В общем, Варя выросла, вышла замуж, родила дочь. Мать Вари рано умерла от рака. Выявили болезнь на запущенной стадии, так что сгорела она за какие-то пару месяцев. В общем, с малышкой помогала Анна Михайловна. А когда девочке исполнилось двенадцать, Варя и ее муж погибли в автокатастрофе.

Таисия, не ожидавшая такого поворота, охнула, прижав руки к груди. Это же страшно представить, какие испытания выпадают на долю отдельных людей.

— Через пару лет Олег Леонтьевич тоже скончался, и Анна Михайловна осталась вдовой. Его очень подкосила смерть дочери, и он так и не смог оправиться от горя. Анна Михайловна осталась единственным опекуном его внучки, Лизы.

— Так этой девочкой были вы!

— Да. Мне было четырнадцать лет, и Анна Михайловна помогла мне окончить школу и встать на ноги. Конечно, жить на ее зарплату было тяжело, так что я тоже пошла работать. В тот же реквизиторский цех. Она научила меня шить, вообще всему научила. И когда я по неопытности вляпалась в историю, она тоже очень меня выручила.

— В историю?

Лиза усмехнулась:

— Такое случается с молодыми романтичными дурочками. Мне было восемнадцать, ему тридцать два. Я – помощник реквизитора в театре, вчерашняя школьница. Он – ведущий актер, разумеется, женатый. Я влюбилась без памяти. В него невозможно было не влюбиться. А потом, когда выяснилось, что я жду ребенка, он сказал, что не желает отвечать за мою глупость, заявил, что я его пытаюсь заманить в сети и лишить карьеры, и дал денег на аборт.

— И вы сделали? Аборт? – недоверчиво спросила Таисия.

Она была уверена, что знает ответ.

— Анна Михайловна запретила. Сказала, что материнство – это дар Божий, что она всю жизнь горевала, что не может быть матерью. Заверила, что мы вдвоем обязательно справимся и воспитаем ребенка. И я оставила Вареньку.

— Вареньку?

— Да. Я назвала дочку в честь своей погибшей матери. Анна Михайловна была против. Она говорила, что через имя может передаваться какое-то родовое проклятие. Я ей тогда не поверила, а получается, зря.

Таисию снова объяло ужасом.

— С вашей дочкой что-то случилось?

— Пока нет. Но она болеет. Тяжело. Нужны деньги. Много. Но Анна Михайловна обещала, что мы обязательно найдем выход и вылечим Варю. И вот теперь я осталась одна.