Книга В объятиях его ненависти, страница 17 – Нина Северова

перепих ничего не значит. Харэ мне звонить, писать и слать голые фотки. Не встаёт,

Лика. Не зарывайся ещё сильнее, иначе я тебя удавлю. Работай тихо и не делай мне

мозги. Ни отношений, ни секса, нихрена не будет. Усекла?

Девка смотрит на меня так, будто я разрушил её сопливые мечты. Плевать. Я и тогда не

обещал ничего, сразу сказал, что напряг снять.

Почему так сложно с женщинами? Почему вы все время додумываете?

— Разве тебе было плохо? — слеза катится по размалёванному лицу и разбивается о мою

ладонь.

— Мне было никак. Только зря резину потратил.

Убираю руку и вытираю об штанину. Ненавижу бабские слёзы. Не трогает, никакой

жалости, только злость. Чаще всего — это игра, чтобы вывести на эмоции. Только не

такой реакции вы ждёте, а на другое я не способен.

Ничего хорошего.

Прохожу мимо стола Полины и ищу её глазами. Обычно всегда на месте, а сейчас даже

пусто без нее.

Хватит.

— Ты здесь несколько дней, а уже гаремом обзавёлся, — Артём сидит на диване в

кабинете и улыбается.

— Ты тоже не беси меня, — плюхаюсь в кресло.

— Пока всё идёт так, как и предполагали.

Да. Несмотря на то, что компания больше не принадлежит Феде, её всё равно пытаются

отжать. Мужиков этих прислали, но глупо как-то.

— Зато знаем, что документы важны, — откашливаюсь. — Где они, кстати?

Полина говорила, что спрятала их. Не говорила, а гвозди в меня забивала.

Всё, переключайся.

— В столе твоём, — Артём вытягивает ноги. — Ты знал, что там сейф?

— Нет, — встаю. Стол выглядит так же как и всегда. Ничего не вижу.

— Слева у телефона и по центру, — друг подходит ко мне. — Надави одновременно.

Делаю как он говорит и столешница поднимается. Технологии, понятно. Внутри глубокий

ящик, документы свалены в кучу. Чертежи, про которые Федя говорил.

— Всё на месте, — достаю бумажки.

— Поля-то умная девчонка, — Артём сверлит меня взглядом.

— Полина, — поправляю. Не надо так её называть, раздражает.

— А я что сказал?

Поднимаю взгляд и Артём лыбится.

— Нормально она тебя отчитала. Мне понравилось, — усмехается.

Мне тоже понравилось зажимать ее в лифте. Плохо прощупал, но ухватиться там есть за

что.

Красивая. И дерзкая. Анаконда. Ядом брызжет и сопротивляется. Но я ведь всё равно

сильнее, только вот… Не надо.

— Где Платон?

Платоша. Кукла его так назвала. Чуть не блеванул.

Пока мы ехали на этот замес, я успел камеры посмотреть. Всё услышал, что надо. Только

вопросов ещё больше появилось. Где же ты, крыса? Почему прячешься за спину своей

шестёрки?

— Ждёт тебя уже.

Артём и Гера быстро сработали. Почти сразу нашли нитку, которая ведёт к самому

главному. Платон давно ошивается здесь, всё про всех знает. Идеальный информатор.

Замешкался, когда Полина на него наехала, что документы из её сейфа пропали. Умница.

Дала ему направление, чтобы он вспомнил, что вообще-то охранник здесь. Только он уже

облажался, внимание привлек к себе и всё подтвердилось.

— Поехали тогда.

Шмон в офисе потом наведу. Да, сотрудники перепугались, но сейчас другие задачи. Пока

Платон к праотцам не отправился, надо инфу вытащить.

Преступление и наказание.

Опять в кровище умываться, но другого не умею. Платон не только за слив получит, а

ещё и за разговоры с Полиной. Слишком дерзил. Я могу ее выводить, но больше никто.

— Только не отлетай опять, ладно? Мне потом надо к семье вернуться в адеквате, –