Книга Мой кавказский отчим, страница 95 – Нина Северова

Белое платье висит на дверце шкафа. Очень красивое. И… моё. Не верится.

— Пора одеваться, — мама тихо заходит в комнату.

— Аслан ещё не приехал?

— Нет, но отец его здесь.

— Зачем? — резко разворачиваюсь.

Анвар Зелимханович очень давит своей энергетикой. Он вроде не пугает, но рядом с ним очень сложно находиться. И смотрит иногда слишком пристально, хотя не должен, наверное.

— Сказал, хочет поговорить с тобой, — пожимает плечами.

Начинаю нервничать. О чем нам разговаривать? У них с Асланом сложные отношения. Да и с Шахидом тоже. Не думаю, что Аслан в курсе его затеи. Не хватало ещё ссоры на свадьбе.

Мама помогает одеться. Пару раз смахивает слёзы и я еле держусь, чтобы самой не разреветься. Когда зайдет папа, точно начну плакать.

— Позову Анвара Зелимхановича, а то скоро Аслан приедет, некрасиво будет, — мама торопливо выходит из комнаты.

Потираю влажные ладони. Сейчас мне почему-то страшно перед этой встречей. Что он скажет? И, главное, зачем? Смотрю в окно, папа открывает ворота, чтобы гости могли спокойно заехать.

— Будь я лет на двадцать моложе, забрал бы тебя.

Нервно сглатываю. Это комплимент? Если да, то неприятный.

Мужчина стоит в дверях и держит коробку подмышкой. Черный костюм, белая рубашка. Запонки с большими камнями, которые я вижу в пятнадцати шагах от него. В молодости Анвар Зелимханович был красивым статным мужчиной. Сейчас он тоже по-своему красив, возраст ему даже идёт. Но глаза… Они будто не человеческие, а звериные.

— Это не совсем приятно слышать, честно говоря, — стараюсь говорить спокойно.

— Почему? Все женщины хотят нравиться мужчинам, — подходит ближе.

— Я хочу нравиться только одному мужчине. И мы с вами не в тех ролях, чтобы говорить такие вещи, — делаю шаг назад. Не хочу, чтобы приближался. Когда уже Аслан приедет?

— Верно, — улыбается. — Аслану очень повезло, девочка. Я даже… завидую в какой-то степени.

Ну вот что мне ответить? Зачем вообще этот разговор?

— Анвар Зелимханович, для чего вы пришли? Аслану не понравится, что мы наедине, — смотрю в окно через плечо, пока никто не приехал.

— Да, Аслан тот ещё упёртый ревнивец. Но при определенном давлении делает то, что надо. Ты пока не понимаешь, какую власть имеешь над моим сыном. Это и хорошо, и плохо. Я пришел, так скажем, направить тебя, — садится на кровать.

— Что значит — направить?

— Ты знаешь, что у нас большой бизнес. Он требует времени, сил и внимания. Пока Аслан за тобой бегал, запустил дела. И это мне не нравится. Я положил свою жизнь, чтобы мои дети ни в чем не нуждались и относиться к этому вот так, не позволю.

Смотрю на свёкра в изумлении. Аслан за мной бегал? То есть я виновата в каких-то проблемах? Это надо обсуждать за пять минут до ЗАГСа?

— Я не мешаю Аслану заниматься работой, — сжимаю кулаки.

— Да. Но его чрезмерная увлеченность тобой уводит от важного. Аслан должен всегда быть сосредоточен на делах, София. Тогда у тебя на столе будет икра и масло. А затем, он должен передать бизнес детям. Но прежде, научить их управлять им.

— Я не понимаю к чему вы клоните.

— Твоя задача, как жены — это не перенимать внимание на себя. А толкать его развиваться и расти. Если ты захочешь звезду с неба, Аслан её достанет. Увеличивай аппетиты, чтобы сын работал и кормил семью.