Книга Навязанная жена. Несносный герцог для попаданки, страница 70 – Мария Шарикова

— Миссис Хоскинс велела передать, что завтрак подадут в девять. Его светлость уже в кабинете.

— В таком случае, вероятно, он тоже спал неубедительно.

Дженни ничего не ответила, но я увидела в зеркале, как она прикусила губу, чтобы не улыбнуться.

Пока она укладывала мне волосы, я осторожно спросила, помнит ли она лакеев, служивших в доме несколько лет назад, во время болезни сэра Чарльза.

— Некоторых, миледи. Тогда я ещё не состояла при вас постоянно, но помогала в гардеробной. А что именно вас интересует?

— Были ли случаи, когда наши слуги ездили к леди Вудвилл с поручениями?

— Конечно. Его светлость нередко отправлял записки. Иногда их отвозил Томас, иногда мистер Патрик, пока не ушёл со службы. А прежде ещё служил лакей по имени Эдмунд.

— Эдмунд?

— Да, миледи. Он уволился примерно в то же время, когда заболел сэр Чарльз. Говорили, что ему предложили место в другом доме.

Я повернулась так резко, что Дженни едва не уронила шпильку.

— Вы помните его фамилию?

— Кажется, Бриггс. Но я могу ошибаться.

— Не волнуйтесь. И, пожалуйста, никому пока не говорите, что я расспрашивала вас.

Она кивнула, однако по её лицу я поняла, что ей хочется задать ещё десяток вопросов. Я и сама хотела бы знать ответы хотя бы на два.

За завтраком Седрик был вежлив, внимателен и так тщательно избегал упоминаний о расследовании, что мне захотелось спросить, не намерен ли он впредь обсуждать со мной исключительно качество тостов. Впрочем, когда слуги вышли, он сам заговорил:

— Беккет привезёт свидетеля к одиннадцати. Я предложил ему воспользоваться боковой дверью, чтобы избежать лишних разговоров.

— Разумно. А вы проверяли старые списки прислуги?

— Управляющий принёс их вчера вечером. Зачем?

— Дженни вспомнила лакея по имени Эдмунд Бриггс. Он уволился приблизительно тогда, когда умер сэр Чарльз.

Седрик задумался.

— Бриггс. Да, помню. Высокий, темноволосый, с привычкой сутулиться. Его рекомендовали в другой дом. Кажется, он перешёл на службу к родственникам Элинор.

— К кому именно?

— Не помню. Я попрошу управляющего найти письмо с рекомендацией.

— Вот видите, милорд, какое преимущество даёт вам моя привычка разговаривать с людьми, которых вы замечаете только тогда, когда они подают вам пальто.

— Я замечаю их и тогда, когда они забывают подать пальто.

— Несомненно. Это ещё более лестная характеристика хозяина.

Седрик улыбнулся, но почти сразу посерьёзнел.

— Аннабель, прежде чем мы встретимся со свидетелем, я хочу кое-что уточнить. Вы намерены присутствовать при разговоре до конца?

— Разумеется.

— Даже если услышите нечто неприятное обо мне?

Я отложила вилку.

— Именно в таком случае я и должна присутствовать. Мы договорились, что будем проверять факты вместе.

— Я помню.

— Тогда не начинайте день с попытки пересмотреть соглашение.

Он склонил голову.

— Принимаю замечание.

Мне стало легче, хотя и ненамного. Седрик научился уступать мне в вопросах, где прежде не терпел возражений, но от этого его прошлое не делалось понятнее.

К одиннадцати дождь усилился. В кабинете горел камин, на столе стоял графин с водой, а Беккет расположился возле окна с записной книжкой. Он привёл человека лет сорока, худого, в поношенном, но чистом сюртуке. Незнакомец держал шляпу обеими руками и явно сожалел, что согласился на эту встречу.