Книга Купеческая дочь за горца не пойдёт, страница 8 – Татьяна Михаль

Кровь у Гайдара после моей обработки успокоилась и больше пока не текла, но это было временно.

Нужна нормальная хирургическая обработка, перевязка, а в идеале операционный кабинет, которого здесь, разумеется, нет.

Меня, Пелагею, Никодима Силыча и Лизавету, которая очнулась ровно на минуту, чтобы спросить «ах, где мы?» и увидев каменный дом, решила, что мы в плену и отключилась снова, разместили в большом каменном доме с плоской крышей и земляным полом.

Внутри горел очаг, на стенах висели ковры, сильно пахло бараньим жиром и сухими травами.

Князя унесли в соседний дом, я туда сразу и отправилась. Пелагея бросилась за мной.

Гайдара уложили на широкую скамью, застеленную кошмой.

Его люди столпились вокруг, переговариваясь на своём языке. Я поняла только одно, они не знали, что делать.

— Лекаря зовите! – велела я строго. – У вас есть лекарь или нет? Позовите его немедленно!

Мужчины посмотрели на меня с неприязнью. Ещё бы, это ведь из-за меня их князя ранили.

Через десять минут явился лекарь.

Это был седобородый старик в высокой папахе, с сильно морщинистым лицом и хитрыми глазами, как у прожжённого торговца.

Старикан важно прошествовал к скамье, осмотрел рану князя, поцокал языком и изрёк:

— Плохо. Из него дух крови вышел. Надо звать дух и возвращать его в тело.

— Чего? – не поняла я всей этой абракадабры.

Старик, не обращая на меня внимания, начал раскладывать свои инструменты.

О, а инструменты у него были... скажем так, спорные.

Пучок какой-то сушёной травы, мёд, баранье сало в глиняном горшочке. Тёмная, резко пахнущая жидкость в бутылке, и вишенкой на торте являлся молитвенный камень (это мне потом объяснили про камень, что он молитвенный). Сначала я решила, что камень нужен для анестезии. Ударил хорошенько и всё, пациент в отключке.

Лекарь собрался читать над князем молитвы, попутно смазывая рану то бараньим жиром, то мёдом и накладывая травяную припарку.

Я чуть не поседела от его убийственного метода, и сразу вмешалась.

— Милейший, вы, конечно, меня извините, но всё это добро нужно немедленно убрать! – потребовала я максимально вежливо и громко.

Старик замер, горцы вообще обалдели и начали стрелять в меня жгучими и полными неприязни взглядами, как я посмела прервать старейшего лекаря, который собирался позвать обратно дух крови князя.

Капец, блин. Высокий уровень медицины.

— Что ты пропищала? – не понял меня лекарь.

— Я попросила вас убрать баранье сало, мёд и все эти сухие травы. Или что, вы хотите, чтобы у князя начался сепсис? Вы этой припаркой занесёте в его рану такую сногсшибательную микрофлору, что через три дня его будете хоронить. Как раз с молитвами.

Старик опасно прищурился.

— Ты кто такая, дерзкая женщина? – спросил он на ломаном русском. – Да что ты знаешь о мужском теле, великом духе князя и его великих ранах?

Мужики важно загалдели, поддерживая лекаря.

Твою ж за ногу.

Мне захотелось всех этих великих и важных мужиков разом вырубить и сделать всё правильно.

Гайдар мне жизнь спас, из-за меня под нож подставился и я дам ему помереть? Ага, разбежалась, волосы назад.

— Я знаю, что если рану не обработать как следует, то ваш князь умрёт, – отчеканила я ледяным тоном. – Я знаю, что делать. Мне снова нужна горячая вода, чистое полотно, ещё шёлковая нить и игла. Обязательно огонь и огненная вода.