Книга Твоя наследница, страница 39 – Рина Беж

— Верно. В этом и была моя первая ошибка. Я просил проверить на фото достоверность личностей. Твоей и этого… парня. То, что умельцы смогут подкорректировать вашу одежду, точнее, ее некоторое отсутствие — не учёл.

— Получается, — делает она правильный вывод, — кто-то из присутствующих тогда в доме гостей успел сфотографировать, как меня чуть не изнасиловали, а на помощь даже не подумал прийти?

— К сожалению, да.

О том, что это вполне могла совершить моя сестренка, резко невзлюбившая Котову, как только узнала, что я сделал той предложение, пока молчу. Есть только догадки. Но я узнаю обязательно. Пока же трусливые зайцы только и делают, что перекидывают вину с себя на другого.

— Какой ужас, — женский голос полон печали и грусти.

Согласен.

Полностью согласен.

Хотя скорее это не ужас, а человеческая зависть и гниль.

— Это был не единственный обман, Юль, — продолжаю поражать Котову раскрытым, можно сказать, заговором против нашей с ней пары. — Помнишь, я усомнился, что ты беременна от меня?

— Конечно, — слышу неконтролируемый фырк. — Отлично помню.

А что ты хотел, Дав?

Тут же спрашиваю самого себя.

Вряд ли возможно даже годы спустя забыть то, как любимый человек, который предложил пожениться, вдруг не только отыгрывает свое решение назад, но и обвиняет в измене.

— За несколько дней до твоего приезда в Турцию, я был в клинике, сдавал анализы и проходил обследование.

— Но зачем?

— Там вышло немного странно, но в тот момент я не задумывался о совпадениях. Отец вдруг стал сетовать, будто бы мать ему писала, что в детстве я сильно переболел инфекционным паратитом и возможно никогда не смогу иметь детей. Вот и уговорил пройти тесты, чтобы успокоится. Я поехал в клинику, которую он рекомендовал. И узнал о том, что бесплоден.

— Но как? — вновь голос Юли полон эмоций и удивления. — Это же медицинское учреждение. Они же не могли подделать информацию.

— Я тоже так думал, — хмыкаю совсем нерадостно, — до позавчерашнего дня. Оказывается могли. Отец признался, что директор клиники — был его одноклассником и другом.

— Твой отец тебя тогда обманул?

— Совершенно верно. Причем, дважды. Я же не поверил первым результатам. И в день, когда ты прилетела в Стамбул, чтобы сделать мне сюрприз и официально познакомиться с семьей, получил результаты уже из второй клиники.

— И они тоже сказали о твоем бесплодии?

— Точно так. У Дамира Цикала оказались слишком длинные руки и хорошие связи.

— Но это же преступление, Давид. Здравоохранение должно помогать людям, а не вредить им, — а вот и честная, и справедливая Юля проявила себя.

В этом Котова не изменилась. Всегда старалась жить по совести и ненавидела, когда других несправедливо ущемляют и обижают.

— О, поверь, обе клиники уже закрыты, а их деятельность очень скрупулезно и въедливо изучают спецслужбы. Вряд ли у них даже со связями моего отца или еще кого-то могущественного получится отмыться от большого скандала, который я им организовал.

— Мстишь?

— Ищу справедливость.

Жду, что Юля по доброте душевной заступится и попросит забыть о прошлом и отступить, но она на этот раз удивляет:

— Вот и правильно! Молодец! Не хочу, чтобы эти бесчеловечные существа еще чью-то жизнь сломали.

— Не сломают, — даю обещание, которое выполню. — Больше не смогут.