Книга На моих условиях, страница 95 – Настя Орлова

Той ночью я долго лежу без сна с открытыми глазами, невидящим взглядом уставившись в потолок. А когда засыпаю, даже во сне борюсь с желанием наплевать на свои принципы и пойти к жене, от которой меня отделяют стены квартиры и собственная гордость.

Незадолго до рассвета меня будит телефонный звонок. Сонно взглянув на экран, я сразу понимаю, что произошло что-то плохое – иначе отец ни за что не позвонил бы мне в пять утра.

— Что с мамой? – бормочу в трубку, ощущая, как тело прошибает холодный пот.

— Увезли на скорой, сынок, – говорит он глухо. – Врач в пути.

— Скоро буду.

Тревога за маму делает свое дело. На несколько часов я полностью отключаюсь от окружающего мира, в молчании меряя шагами тесную комнату ожидания в клинике. Потом иду за кофе, пытаясь как-то ободрить отца. Когда звонит Влада, я не могу придумать ничего лучше, чем сослаться на дела. У нее и так непростой день – день рождения ее матери, не стоит добавлять ей переживаний за мою семью.

Около двух из палаты мамы наконец выходит врач.

— Кризис отступил. Ей нужно отдыхать, но вы можете зайти к ней на несколько минут. Мы оставим ее под наблюдением до завтра.

— Иди первый, – говорит отец сипло, старательно отводя глаза, в которых блестят слезы облегчения. – Я зайду через минуту.

Мама выглядит бледной и осунувшейся, но, когда она открывает глаза, они вспыхивают неподдельной радостью, озаряющей все ее лицо.

— Сынок, – говорит она нежно.

— Ты нас напугала, – мой голос дрожит, когда я беру ее хрупкую руку и подношу к губам.

— Я не хотела. Папе не нужно было вас беспокоить. – Мама переводит взгляд с моего лица и смотрит куда-то за спину.

— Влада дома, – отвечаю я на невысказанный вопрос. – Она спала, и я не стал ее будить.

— Владу не тревожь. С ее мамой такая трагедия произошла – не нужно ей обо мне беспокоиться. И свой праздник не вздумай отменять из-за меня, – мама ласково гладит меня по щеке, и я вновь ощущаю себя мальчишкой, который ищет у родного человека поддержки. – Мне уже лучше. Папа побудет со мной. Поезжай.

Я возвращаюсь домой, собираясь обнять Владу и, уткнувшись носом в ее волосы, сказать, что я сожалею о вчерашнем, но квартира пуста. С минуту я мечусь из комнаты в комнату, пока не замечаю на кровати упакованный подарок.

В этот момент я забываю, как дышать. Мысль о том, что красиво оформленная коробка, подписанная Владой, – это прощальный жест, сдавливает сердце тисками страха. Сейчас я с особенной ясностью понимаю, что не могу и не хочу потерять ее. Вся эта история с Фроловым не стоит того, чтобы попусту прожигать время. Как доказывает история моих родителей, оно чересчур ценно.

Отгоняя дурные мысли, я набираю ее номер. Несколько гудков, которые кажутся мне вечностью, и ставший таким важным голос, который сейчас звучит отстраненно и холодно:

— Привет.

— Где ты? – я готов придушить себя за этот грубый вопрос, не находя оправдания даже в том, что я страшно боюсь услышать ответ.

— Дома. В своей квартире. Я оставила для тебя подарок.

— Это я заметил, – сглатывая горечь, произношу отрывисто. – Когда ты вернешься?

— Я не… Я приеду сразу в ресторан, – говорит она тихо. – Если ты, конечно, все еще планируешь отметить день рождения.

Она приедет. Она не ушла от меня. Эта мысль стучит в голове, позволяя мне немного расслабиться.