Книга Вне игры, страница 52 – Настя Орлова

— Даже ты? – спрашиваю с внезапной злостью.

— А тебя это волнует? Ты мне неделю назад говорил, что трах без обязательств – это все, что тебе нужно в отпуске.

— Блин, Коль, ну серьезно, заканчивай! – Закинув в сумку вещи и схватив с вешалки полотенце, я иду в душевую. Как же, сука, все это бесит.

После тренировки сразу собираюсь домой. Обещал маме быть к ужину, поэтому от предложения Коли пойти в какую-то модную едальню на районе отказался. С искренним сожалением, потому что жрать после тренировки очень хочется, а за общим столом с отцом у меня порой кусок в горло не лезет.

— А ты почему один? – удивленно спрашивает мама, когда я появляюсь на пороге.

— В смысле? – уточняю я, бросая сумку с формой на пол и отмечая, что все уже в сборе – за столом сидят и отец, и брат. Какое они все-таки образцовое семейство с единственной паршивой овцой в роли меня.

— Риту почему не позвал?

— Действительно, – встревает отец. – Создается впечатление, что ты скрываешь от нас свою зазнобу. Или уже расстались?

— Не скрываю, а оберегаю, – парирую я. – У нас с ней все прекрасно.

— Это не дело, – не сдается отец. – Ты к Воскресенским регулярно ездишь, а нам девушку не показываешь.

— Регулярно – это два раза? – спрашиваю я хмуро. – Мы с Ритой не маленькие, чтобы под присмотром нянек встречаться.

— Сынок, да мы не это имели в виду! – пытается потушить разгорающийся огонь скандала мама. – Просто хотели бы с ней поближе познакомиться. Она очень приятная девушка, насколько я могла судить по встрече на юбилее Юрия Борисовича.

— Привезу ее на обед. Когда-нибудь, – говорю пространно, только бы отвязались. Я не понимаю, что за мания у всех разговаривать со мной о Рите. То Коля, то вот теперь мать с отцом. Других тем нет, что ли, в мире?

— Может быть, в субботу? – с надеждой спрашивает мама.

— Может быть, – отвечаю хмуро, направляясь к раковине, чтобы вымыть руки.

— Ты же в отпуске, на фига опять на хоккей ходишь? Заняться вообще нечем? – влезает брат, раздражая меня вкрай.

— А ты за собой следи. А то папочка на работу устроил, невесту подобрал. Жаль, она меня выбрала.

Лицо Миши мрачнеет, как небо перед бурей. А не хер было влезать! Я знаю, как болезненно брат реагирует на мои уколы относительно его места в бизнесе. И пусть он давно доказал свое право быть топ-руководителем, в соревновании со мной он всегда теряет голову. Его бесит, когда я тычу ему в нос протекцией отца. Его бесит хоккей. И, сдается мне, история с Ритой и то, что она выбрала (ну ладно, технически не выбирала, но Миша же не знает этого) меня, тоже не прошла бесследно для его эго.

— Давайте мы закроем эту тему, – миролюбиво, но твердо произносит мама. Когда она говорит таким тоном, все мы ее слушаемся. Такая у нее потрясающая особенность – не повышая голоса, всех нас ставить на место. – Никита, поговори с Ритой и скажи мне, на какой день планировать обед.

Быстро поужинав, я поднимаюсь в свою комнату и, растянувшись на кровати, несколько минут тупо пялюсь в потолок. На часах начало восьмого. У меня совершенно никаких планов. И хотя я гоню от себя мысли о Рите, от желания написать ей даже ладонь чешется. Утром она прислала мне сообщение с благодарностью за то, что доставил ее и Грачеву домой в целости и сохранности (как будто меня стоит за это благодарить). Но больше ничего – ни намека на внезапно возникшее притяжение между нами. Ни слова про почтипоцелуй. Что, если она даже не помнит? Она вчера выпила явно больше своей нормы.