Книга Развод. Я календарь переверну, страница 38 – Элен Блио

Вот кому надо в думе заседать!

Глядишь, и жизнь в стране наладится. Таких людей во власти нам не хватает.

Уверенных, принципиальных и бескомпромиссных.

Ада ведь не пойдёт на компромисс, да? А на принцип пойдёт.

Не зря она ко мне обратилась.

ЕЙ нужен был лучший. И она хотела, чтобы было красиво. Что ж...

— Хорошие мои, давайте-ка успокоимся и присядем. Раз уж вы оба тут. Возможно, нам удастся сейчас устроить примирение сторон? Знаете, так бывает. В моей практике, конечно, это случалось редко...

— Примирение? Но мы вроде... не ссорились? - усмехается Игнатов. — Адочка, я пришёл вообще-то совсем по-другому поводу. Не затем, о чём ты подумала.

— А о чём я подумала?

— Ну, ты сама сказала, развод?

— Я сказала? Это ты сказал, Игнатов. Может быть, я тоже пришла сюда по другому поводу?

— Дорогая, какой у тебя может быть повод, чтобы прийти к адвокату?

— Банальный, Макар. Герман мой любовник.

Вот так.

Шах и мат.

Обтекайте, господин Игнатов, обтекайте.

26.

— Чт... что?

Интересно, у Германа есть в кабинете скрытая камера? Потому что фейс моего муженька надо видеть.

Просто зачёт.

Жалею, что не достала телефон и не щелкнула.

— Ада ты... блядь, ну и шутки у тебя! Просто крындец!

— Шутки? При чём тут шутки? — не унимаюсь, хотя Макар давал мне шанс. Вот только шанс этот мне на хрен не упал.

— Аделаида, прекрати. Тебе это не идёт.

— Друзья мои, я вам не мешаю? — зычный голос Крестовского заставляет моего,

Макара чуть осесть, и закусить удила.

— Герман, я просто... я немного не в себе...

— Это видно. Так, может, не стоило тащиться сюда? — делаю вид, что оглядываю Игнатова, хотя мне и так всё с ним ясно. — Не в себе?

— Я приехал по важному делу. Мне нужно обсудить один вопрос. Это касается только моей фирмы, Ада!

— Твоей? — вот тут моё самообладание меня немного подводит. Голос дрожит. Хотя я чувствую в нём холод. Лед. Если бы змеи улыбались, моя улыбка сейчас должна была бы быть похожей на их.

Макар смотрит, глазками хлопая. Не понимает.

Куда тебе, милый. Ты так привык к собственной значимости.

Вернее, тебя к этому приучили. Начала мама, а я, дура, подхватила.

Нет, согласитесь, это же кажется правильным возвышать собственного мужа?

Внушать ему, какой он сильный, мудрый, великий. Что он не один из многих, а единственный. Неповторимый.

Ублюдок.

Да, да, внушаешь ему, такому, а потом получаешь ответочку, только не ту, которую ждёшь.

Думаешь, что сделаешь его королём и станешь королевой. Ага, как бы не так! Ты сделаешь его королём, но так и останешься при нём служанкой. Или вовсе будешь изгнана из дворца как ненужная рваная ветошь.

Старо как мир, да?

Но почему же мы, женщины, из поколения в поколение на это ведёмся?

Почему же продолжаем творить своих королей, чтобы потом получить личную порцию унижения и боли?

Наверное потому, что всё же некоторым удаётся остаться при своём короле в статусе единственной и каждая из нас надеется, что с ней произойдёт именно это, да?

Возможно.

По крайней мере я долгое время была в этом уверена.

Ну, куда Игнатов без меня? Куда? Я же как серый кардинал, вечно за его спиной маячу и всё разруливаю, да?

А вот нет.

Не надо было стоять за спиной. Нужно было стоять рядом, на равных.

Тогда бы не было сейчас этого важного и наглого заявления.

«Моей фирмы». Ха-ха! Когда это она стала твоей?