Книга Запрети любить, страница 62 – Анна Джейн

Надо сказать, Костя выглядел отлично: светлая рубашка, благородного антрацитового цвета костюм без галстука, идеально начищенные ботинки. Игнат, как и отец, был в рубашке навыпуск — только черной, и я вдруг почувствовала себя неуютно: все были одеты подобающе, кроме меня. А я — в обычных джинсах, футболке и кедах, с рюкзаком за плечами. Почему-то вдруг вспомнилась пепельная блондинка, с которой Игнат целовался сегодня. Она бы наверняка в этом шикарном месте выглядела нарядной и сексуальной.

— Ярослава! — обрадовался Костя. — Рад тебя видеть!

— Я тоже рада, — сдержанно улыбнулась я.

Мне нравилось, что он не лезет ко мне с объятиями, пытаясь подчеркнуть свое расположение — это бы меня точно оттолкнуло. Костя держал расстояние между нами, словно понимая, что пока еще мы чужие люди, и единственная тонкая нить, которая связывает нас, это моя мама. Он не навязывался, и это был его большой плюс.

— Мам, ты бы сказала, и я бы надела платье, — повернулась я к маме, а то лишь обняла меня и поцеловала в висок.

Костя галантно отодвинул передо мной и мамой стулья, чтобы помочь сесть, затем занял свое место напротив рядом с сыном, который теперь уставился в телефон с таким видом, словно никого рядом больше не было. Отец наверняка притащил его сюда насильно. Заставил, а теперь Игнат злился.

— Поздороваться не хочешь? — спросил его Костя, явно пытаясь скрыть раздражение. Поведение сына явно ему не нравилось.

— Добрый вечер, — не поднимая глаз от экрана, сказал Игнат. Голос его был приглушенным.

— Здравствуй, Игнат, — несмело улыбнулась мама, словно ожидая от него подвоха, но, слава богу, он промолчал. Зато мама склонилась ко мне и тихо сказала, сведя брови к переносице:

— Поздоровайся, Яра. Некрасиво.

Я едва не закатила глаза, но взяла себя в руки и небрежно сказала:

— Привет, Игнат.

Все так же не отрывая глаз от телефона, он отсалютовал мне ладонью. А после встал и, на ходу отвечая на звонок, вышел из-за стола. Единственное, что я слышала, было:

— Слушаю, детка.

Наверняка звонит та девчонка… Перед глазами промелькнула картина их поцелуя, и я снова разозлилась.

Ревность? Нет, не ревность! Просто он меня бесит!

— Никаких манер, — покачал головой Костя.

— Милый, ты слишком много требуешь от мальчика, — улыбнулась мама. — Он подросток, а это время бунта против системы.

Я недовольно на нее посмотрела. Время бунта? Да нет, мам, он просто редкостный придурок. Все просто.

— Какой он еще подросток? Уже здоровенный лоб, — поморщился Костя. — В зале жмет больше, чем я. На нем пахать и пахать, а я все жалею. Оплачиваю каждый каприз.

— Это твой единственный сын. Разве ты можешь иначе? — сказала мама.

— Единственный, — задумчиво повторил Костя, взгляд которого вдруг устремился в небо. — Единственный, ты права. Что ж, девочки! Давайте смотреть меню — выбирайте то, что захочется! Кухня сегодня в нашем распоряжении, и они сделают все, что вы захотите. Кстати, шеф-повар здесь француз, рекомендую. — Откуда ты знаешь? — удивилась мама, листая меню.

— Разве владелец не может не знать, кто у него работает? — по-доброму усмехнулся Костя.

— Это твой ресторан? — выдохнула мама.

— Не только он. Я один из инвесторов. Вложился в строительство «Юпитера», — ответил мужичина так обыденно, словно речь шла не о небоскребе, а обычном частном доме.