Книга Объект моей нежности, страница 22 – Алена Смирнова

Ну ещё бы!

Исландия же!

В кафе бизнес-центра я присела к уже успевшим прикупить себе по макаронам Шурикам.

— Говорят, это будет на следующей неделе, — восторженно заканчивала Саша-девочка.

— Что именно? — между делом поинтересовалась я.

— Первый юбилей агентства. Всего пять лет — и такой скачок. Немыслимо!

— Да, команда здесь отличная, — поддержал Саша-мальчик. — У меня приятель отработал здесь год, получил офигенный опыт и рекомендасьон на будущее. Сейчас в Москве.

— Круто! — протянула Саша. — Я бы тоже хотела в Москву. Там столько возможностей!

— Там такая конкуренция, что ты с фотиком спать будешь, — проворчала я.

— Ты какая-то напряжённая, Амелия? Переживаешь из-за часов? — осторожно поинтересовалась девушка.

Я молча препарировала котлету. Не могла же я признаться, что свое первое задание просто провалю. Им всем на радость.

— Я бы тоже расстроился, — улыбнулся Саша-мальчик. — Часы сложные. Там ещё и камни драгоценные.

— Угу. Но я справлюсь, — я проткнула котлету и вздёрнула подбородок, чтобы не показывать, как сильно боюсь. — А что вы обсуждали? — быстро перевела тему я.

— Так юбилей же! — оживилась Саша. — Слышала, в пятницу вся команда рванет куда-то на турбазу?

— Ну, нам это не светит, — тут же вставил Саша-мальчик. — Мы всего лишь стажёры.

Я же меньше всего хотела сейчас думать о юбилее, турбазе и чужих планах на пятницу. Все мои мысли были в студии и мечтали, чтобы те злосчастные часы просто испарились. Но параллельно всё равно вспомнила все нюансы подобных съёмок, потому что мне нельзя было опозориться. И дело не в Шуриках. Мне нельзя было опозориться и показаться слабой именно перед Робином-Бобином!

И здесь я увидела его. Он шел к нам с подносом и мило беседовал с нашей Катей.

Очень мило.

Настолько мило, что внутри у меня неприятно кольнуло. Он что-то сказал, Катя рассмеялась и коснулась его руки. Я тут же отвела взгляд.

Что ж... Так даже лучше!

Лучше сразу пристрелить все возможные иллюзии в своей голове, пока они не успели вырасти во что-нибудь совсем неприличное и серьёзное. Например, в надежду.

— Приятного аппетита, — пробасил он, подходя. — Можно мы к вам?

Мы?

То есть они уже «мы»?

Шурики закивали, я же бросила недоеденную котлету и встала, стараясь даже не дышать в сторону Роберта.

— Ты забыла доесть, — он посмотрел первым и не торопился отводить взгляд.

— Оставила место для кофе, — отчиталась я и понеслась из кафе, как в субботу из отеля.

Но в этот раз мне было не стыдно. Мне было подозрительно грустно.

Неожиданно предметная съёмка стала не самой большой моей проблемой.

У меня потели ладони. Вот просто до ужаса!

Саша по-джентльменски принялся первым разбираться со своей керамической чашкой, пока я вытирала то руки, то лоб и в очередной раз теребила размокшую салфетку.

Хм... Дежавю.

— Всё в порядке, Амелия? — поинтересовался Николай, видя, как я кусаю и без того истерзанные за последний час губы.

— Да, Ник! Просто жарко, — я демонстративно помахала вялым бумажным платочком.

Веер из него был, как из меня балерина, но на нервах я вообще могла отчебучить что угодно.

— Окей, Лия. Всё норм! Мы все учимся чему-то, — философски закончил он, подмигнул и снова вернулся к наблюдению.

Я прошла к мусорке и выкинула свой полуразвалившийся громоотвод.