Книга Объект моей нежности, страница 24 – Алена Смирнова

— Так, всё! Стоп, Сашка, показывай результат!

Мы с Робертом решительно развернулись в разные стороны. Оглядевшись, я убедилась, что вряд ли кто-то что-нибудь заметил. Все были увлечены Сашкиной съёмкой.

— Ну что, коллеги, есть комментарии? — скептически осмотрел нас Коля.

Мы втроём одновременно покачали головами. Откуда ж комментарии, когда меня тут кофеём соблазняли?!

Ах, как же хотелось поддаться уговорам. Но вдруг Бобин обманул с молоком? Тогда я не только завалю первую съёмку, но и в прямом смысле подгажу второй день стажировки.

Нет уж!

— Тогда десять минут перерыв и твой выход, Амелия, — закончил Ник.

Саша-девочка подошла и по-дружески приобняла меня за плечи.

— Ты в порядке?

— Угу, просто нервничаю.

— Расслабься и делай, что умеешь, — она оглянулась, убедилась, что Николай вышел, а парни обсуждают что-то, рассматривая кадры, и тихо добавила: — А у вас тоже что-то с Робертом?

— Тоже? — изумилась я. — Что значит «тоже»?

— Ну... — покраснела девушка. — Я как-то сразу в Сашку влетела.

— Быстро ты! Второй день знакомы.

Ой, кто бы говорил, Амелия!

— Если человек сразу душу трогает, стоит ли медлить? — улыбнулась она.

— Не стоит, конечно, — я отвела глаза и тут же поймала взгляд Роберта. — Только в нашем случае штиль. Не думай.

— Мне просто показалось, вы знакомы. Ну, не вчера встретились. Шушукаетесь вот. А ты потом такая нашушуканная стоишь.

Я громко рассмеялась. Неужели я так себя выдаю? Интересно, Бобин тоже это заметил?

— Так, ты готова? — в студию снова вернулся Ник.

Довольный. Как будто устал от идеальных кадров и теперь готов встретиться с эпическим провалом.

— Готова, — кивнула я и, громко вздохнув, подошла к часам.

Они были красивыми, тяжёлыми, с тёмным циферблатом и металлическим браслетом, покрытых местами россыпью неизвестных мне камней. Такие часы сами по себе выглядели как маленькое произведение искусства.

Я протёрла стекло и корпус мягкой микрофиброй, чтобы убрать пыль и отпечатки пальцев, и установила их на небольшой постамент, поправила положение стрелок и начала выставлять свет.

Первый кадр.

Не то.

Второй.

Тоже.

Третий вроде бы ничего, но металл бликовал так, будто часы решили лично отомстить мне за все мои грехи и страхи.

Я передвинула источник света. Сделала ещё несколько кадров. И снова результат был губителен.

У Ника тем временем зазвонил телефон, и он, извинившись, выскочил из студии. Я осмотрелась. Шурики стояли в сторонке и, воспользовавшись отсутствием нашего «большого брата», погрузились сразу в беседу. Роберта я краем глаза увидела около стола, в несколько метрах от меня. Он с вдумчивым и серьёзным выражением лица рассматривал лежащие часы.

Радуйся, заучка. Я просто тону в своей некомпетентности...

В груди неприятно кольнуло. Я снова нажала на кнопку, забыв, что в этом ракурсе удача от меня уже отмахивалась.

— Слишком сильный блик, — раздалось за моей спиной.

Я медленно закрыла глаза.

Вот только не это!

— Я и без тебя вижу, капитан Очевидность!

— Тогда зачем повторно снимаешь?

Я повернулась.

Роберт стоял неподалёку, сложив руки на груди, и смотрел на меня, как на повзрослевшего ребёнка, который до сих пор не знает, сколько будет дважды два.

— Я разбираюсь, — процедила я.

— Не заметил.

Вот сейчас мне очень захотелось кинуть в него штативом. Еле сдержалась.