Книга Неудобная для двоих, страница 85 – Анна Жар

— Я вас люблю, — сказала в темноту.

Эмилио ответил первым:

— Знаю.

Я немедленно ущипнула его.

— Ай!

— Нормальные люди отвечают «я тебя тоже».

— Я тебя тоже, — послушно произнёс он.

Риандре молчал. Я повернулась к нему.

— Ри.

Он посмотрел на меня.

— Я люблю тебя.

Голос прозвучал низко и непривычно серьёзно. Я прищурилась.

— Но?

— Никакого «но».

Я подождала. Риандре вздохнул.

— И всё равно не хочу, чтобы ты уезжала.

Вот.

— Я знаю.

На этот раз он не попросил меня перестать. Я закрыла глаза, слушая их дыхание и чувствуя, как постепенно отпускает напряжение. Мне не хотелось расставаться с ними. Это было, пожалуй, самым странным. Можно любить свою жизнь и всё равно хотеть ненадолго из неё выйти. Не для того, чтобы от неё отказаться. Просто чтобы посмотреть на себя с другой стороны.

Утром сумка стояла возле входной двери. Та самая, которую я когда-то принесла в гостевую спальню, собираясь уехать после разговора о Соланж. Эмилио заметил её первым и поморщился. Риандре ничего не сказал.

Я взялась за ручку, но почти сразу поставила сумку обратно. Подошла к ним. Сначала к Эмилио. Он обнял меня крепко, гораздо сильнее обычного.

— Несколько дней, — произнёс он мне в волосы.

Не вопрос. Скорее напоминание самому себе.

— Да.

Я немного отстранилась и посмотрела на него.

— Я вернусь.

— Знаю.

На этот раз я не стала требовать другой ответ. Потом подошла к Риандре. Он стоял неподвижно, словно боялся, что любое движение будет воспринято как попытка меня остановить. Я сама обхватила его за шею.

— Не приезжай за мной.

— Не приеду.

— Даже если очень захочется.

— Захочется.

— Ри.

Он закрыл глаза.

— Не приеду.

Я поцеловала его. Сначала коротко, потом чуть дольше, потому что мне самой этого хотелось. Когда отступила, Риандре не попытался удержать меня. Именно это я запомнила лучше всего. Не его слова, не выражение лица, даже не поцелуй. Руки. Они остались опущенными вдоль тела, хотя я прекрасно знала, как сильно ему хотелось протянуть их ко мне.

Я взяла сумку, открыла дверь и вышла.

Никто не пошёл следом. И только когда я села в машину, поняла, что плачу. Не потому, что уезжала. А потому, что они позволили мне уехать.

Нет.

Я вытерла щёки. Опять неправильное слово. Не позволили. Я сама решила уехать. А они остались. Продолжая любить меня без необходимости удерживать рядом.

Теперь предстояло самое сложное.

Понять, умею ли я делать то же самое с собой.

Лея

Первую ночь я почти не спала. Не потому, что мне не понравилось место. Наоборот, небольшой домик за городом оказался именно таким, какой я и хотела снять: уютная спальня, кухня, терраса с видом на деревья и лес в нескольких минутах ходьбы. Ничего особенного. Только самое необходимое. И невероятная тишина.

В этом, как выяснилось, и заключалась проблема.

Дома никогда не бывало совершенно тихо. Даже когда Риандре работал за закрытой дверью кабинета, я знала, что он там. Если Эмилио возился с машиной, из гаража доносился негромкий металлический стук. Где-то скрипели ступени, шумела вода, включалась кофемашина. Знакомые звуки чужого присутствия, которое не требовало никаких доказательств. Здесь ничего подобного не было. Я лежала в темноте, разглядывая едва различимые очертания потолка, а телефон оставался на подушке рядом. В десять вечера написал Эмилио: