Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 16 – Саяна Горская

07:00.

Вы­дох­нув шум­но, на­жи­маю кноп­ку вы­зо­ва.

Один гу­док. Вто­рой. Тре­тий. На чет­вёр­том уже ре­шаю, что со­весть моя чи­ста и Олень­ке при­дёт­ся при­знать по­ра­же­ние сво­ей си­сте­мы, ко­гда в ди­на­ми­ке раз­да­ёт­ся хрип­лое: — Кто это?.. Ес­ли это не секс по те­ле­фо­ну, то я кла­ду труб­ку.

На се­кун­ду те­ряю дар ре­чи, но по­том вспо­ми­наю, с кем раз­го­ва­ри­ваю.

— Иван, это я. Ма­рья.

— Ма­рья? Ма­рья… Ма­рья… — бор­мо­чет сон­но. — А, Ма­рья! Ты за­ни­ма­ешь­ся сек­сом по те­ле­фо­ну?

— Да нет же, я…

— То­гда я кла­ду труб­ку.

Не успе­ваю воз­му­тить­ся — Иван дей­стви­тель­но сбра­сы­ва­ет зво­нок. А я в недо­уме­нии та­ра­щусь на го­ря­щий экран те­ле­фо­на.

Вот же недо­умок!

За­хо­жу на вто­рой круг, до­зва­ни­ва­юсь по­втор­но.

— Кто это? — Сно­ва раз­да­ёт­ся сон­ное и невнят­ное.

— Это Ма­рья!

— А-а, Кра­са­ви­на! Доб­рое утро! При­ят­но, ко­гда жен­щи­на са­ма зво­нит с утра по­рань­ше. Я знал, что на­ша встре­ча что-то в те­бе про­бу­ди­ла.

— Един­ствен­ное, что она про­бу­ди­ла, это же­ла­ние най­ти те­бе нор­маль­ный бу­диль­ник. Вста­вай.

— Уже.

— Врёшь.

— По­че­му сра­зу вру?

— Оля ме­ня обо всём пре­ду­пре­ди­ла.

— Вот пре­да­тель­ни­ца. Ей на­до, пусть и вста­ёт в та­кую рань.

— Иван, ты на ра­бо­ту опоз­да­ешь, — по­ти­хонь­ку те­ряю тер­пе­ние.

Во­об­ще-то, я и са­ма та­ки­ми тем­па­ми опоз­даю. На­до ещё успеть Ва­рю зав­тра­ком по­кор­мить и в шко­лу за­ки­нуть.

— Зна­ешь, в чём пре­лесть быть на­чаль­ни­ком? Ни­кто не упрек­нёт те­бя в том, что ты опоз­дал.

— Я упрек­ну. Жи­во вста­вай. Ты, как на­чаль­ник, дол­жен сво­им при­ме­ром мо­ти­ви­ро­вать со­труд­ни­ков.

— Кра­са­ви­на, а ты что та­кая душ­ная с утра, м? А вклю­чи ви­део?

— Это ещё за­чем?

— А я те­бе сво­е­го ма­лы­ша по­ка­жу, — ржёт на­до мной, иди­от.

— Фу, Вань, это ужас­но! Не хо­чу я на него смот­реть.

— Лад­но, я те­бе то­гда фот­ки ски­ну.

— Не вста­нешь немед­лен­но, я ОМОН на твой ад­рес вы­зо­ву, по­нял?

— По­нял, по­нял. Ты страш­ная жен­щи­на! Всё, встаю. — В труб­ке что-то шур­шит а по­том оглу­ши­тель­но гро­хо­чет. Ца­рен­ко недо­воль­но ши­пит.

— Что слу­чи­лось? Ты упал?

— Кра­са­ви­на, вот не на­до столь­ко на­деж­ды в го­ло­се! Всё, встал.

— Я долж­на услы­шать, как ра­бо­та­ет ко­фе­ма­ши­на.

— Все-то у те­бя ра­бо­тать долж­ны с са­мо­го утра. Ра­бо­та-ра­бо­та… А по­го­во­рить?

— Нам не о чем раз­го­ва­ри­вать в семь утра.

— А мне ка­за­лось, у нас на­ко­пи­лось вся­ко­го за эти три­на­дцать лет.

Воз­дав гла­за к по­тол­ку, без­звуч­но во­про­шаю у небес за что они нис­по­сла­ли на мою го­ло­ву та­ко­го бос­са.

В труб­ке раз­да­ёт­ся мер­ное ав­то­ма­ти­че­ское гу­де­ние.

— Слы­шишь?

— Слы­шу.

— Зна­чит, я сво­бо­ден?

— До де­вя­ти. Не опаз­ды­вай на ра­бо­ту.

— Ка­кая ты за­ну­да, Кра­са­ви­на, — от­клю­ча­ет­ся пер­вым.

Ещё несколь­ко се­кунд смот­рю на по­гас­ший экран, ка­чаю го­ло­вой.

Вот те­бе и но­вая ра­бо­та, блин.

Иду бу­дить дочь.

Ва­ря ест зав­трак сон­но, под­пе­рев щё­ку ку­ла­ком, и ми­нут пять ко­вы­ря­ет лож­кой ка­шу, преж­де чем я на­по­ми­наю, что до звон­ка оста­лось не так мно­го вре­ме­ни. То­гда дочь ожи­ва­ет, то­роп­ли­во до­еда­ет, убе­га­ет чи­стить зу­бы, а я меж­ду де­лом со­би­раю её рюк­зак и про­ве­ряю по днев­ни­ку, все ли учеб­ни­ки и тет­ра­ди она взя­ла.