Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 74 – Саяна Горская

Пре­да­те­ли…

Сда­юсь под на­тис­ком этих мор­да­шек, а уже че­рез со­рок ми­нут мы за­хо­дим в квар­ти­ру Ива­на.

Я пред­став­ля­ла её со­вер­шен­но ина­че.

Ожи­да­ла хо­ло­стяц­кую бер­ло­гу и до­ро­го-бо­га­то: стек­ло, бе­тон, огром­ный те­ле­ви­зор, ко­жа­ный ди­ван, иде­аль­но пу­стые по­верх­но­сти и хо­ло­диль­ник, где ле­жат пи­во, со­е­вый со­ус и оди­но­кий ли­мон пря­ми­ком из ме­зо­зой­ской эры.

Вме­сто это­го в при­хо­жей ва­ля­ют­ся Со­ни­ны ке­ды. На ко­мо­де сто­ит смеш­ная ке­ра­ми­че­ская мис­ка, за­би­тая клю­ча­ми и ре­зин­ка­ми для во­лос. На стене ви­сит дет­ский ри­су­нок, где Иван изоб­ра­жён ка­ким-то огром­ным пря­мо­уголь­ным че­ло­ве­ком с ру­ка­ми до по­ла, а на спин­ку ди­ва­на в го­сти­ной на­ки­нут плю­ше­вый ро­зо­вый плед.

Квар­ти­ра боль­шая, со­вре­мен­ная, до­ро­гая.

Но жи­вая. По­всю­ду ме­ло­чи, го­во­ря­щие о том, что здесь жи­вёт на­сто­я­щая се­мья очень лю­бя­щих друг дру­га лю­дей.

— По­шли, Варь! — Со­ня утас­ки­ва­ет мою дочь ку­да-то по ко­ри­до­ру. — Я те­бе всё-всё по­ка­жу!

Мы с Ива­ном оста­ём­ся вдво­ём. Не­ре­ши­тель­но мнусь у по­ро­га.

— Че­го вста­ла, Кра­са­ви­на? Вэл­ком! Чув­ствуй се­бя как до­ма, — он сни­ма­ет пи­джак и бро­са­ет его на спин­ку крес­ла.

Про­хо­жу сле­дом. Чув­ство­вать се­бя как до­ма не по­лу­ча­ет­ся, по­то­му что всё здесь про­пи­та­но плот­ной муж­ской энер­ге­ти­кой.

Здо­ро­вен­ный се­рый кот, по раз­ме­рам боль­ше на­по­ми­на­ю­щий неболь­шую рысь, мед­лен­но кра­дёт­ся к нам из-за уг­ла. Пу­ши­стый хвост тор­чит тру­бой, жёл­тые гла­за оце­ни­ва­ю­ще щу­рят­ся.

— О, а вот и Ма­лыш при­шёл го­стей встре­чать. Кра­са­ви­на, зна­комь­ся.

— Это…

— Его Ко­ро­лев­ское Вы­со­че­ство Ма­лыш.

Так еже­днев­ные пред­ло­же­ния взгля­нуть на «ма­лы­ша» бы­ли лишь по­пыт­кой по­хва­стать­ся ко­том?

О…

— Марь, а ты че­го по­крас­не­ла? — Хит­ро улы­ба­ет­ся Ва­ня.

И я знаю, что он зна­ет! Знаю, что эта его иг­ра слов бы­ла зло­на­ме­рен­ной и со­вер­шен­но осо­знан­ной.

— Ма-а-рья Пав­лов­на! — Ца­рен­ко при­жи­ма­ет ла­донь к гру­ди. — Уж не ду­ма­ли ли вы, что я имел вви­ду нечто иное?

Ма­лыш под­хо­дит ко мне, об­ню­хи­ва­ет туфли, трёт­ся огром­ной го­ло­вой о го­лень. На­кло­ня­юсь, что­бы по­че­сать его за уш­ком, и кот ра­дост­но за­ва­ли­ва­ет­ся на спи­ну, под­став­ляя под лас­ку тёп­лое брю­хо.

— Осто­рож­ней с ним.

— Ку­са­ет­ся?

— Нет, Ма­лыш у нас из­вест­ный по­ве­са и по­хи­ти­тель дам­ских сер­дец. Ес­ли ре­шит, что ты ему нуж­на, при­лип­нет и не оста­вит в по­кое.

— М-м… И мно­го дам­ских сер­дец он украл?

Иван лишь неод­но­знач­но хмы­ка­ет и ука­зы­ва­ет же­стом в сто­ро­ну кух­ни.

По­че­му-то непри­ят­но ду­мать о том, сколь­ко де­ву­шек он сю­да при­во­дил. Не­при­ят­но быть в чис­ле од­ной из них.

Каж­дой жен­щине, на­вер­ное, очень важ­но быть осо­бен­ной. Той, что вы­де­лит­ся и за­пом­нит­ся, оста­вит ка­кую-то за­руб­ку в па­мя­ти по­сле се­бя.

Из Со­ни­ной ком­на­ты до­но­сит­ся то му­зы­ка, то смех, то то­пот, а я уса­жи­ва­юсь за ку­хон­ный ост­ров на вы­со­кий бар­ный стул.

Иван от­кры­ва­ет хо­ло­диль­ник.

— Ви­но?

— Я пла­ни­ро­ва­ла се­го­дня вер­нуть­ся до­мой на сво­ей ма­шине.

— Брось, она у офи­са, на охра­ня­е­мой пар­ков­ке. Ни­че­го с ней не слу­чит­ся. Уе­дешь на так­си, а ма­ши­ну за­бе­рёшь зав­тра.