Книга Лишние килограммы. Все ради тебя, страница 20 – Рин Скай

— Гриша, это ты?

Я расправляю плечи и сдержанно киваю:

— Я.

За ней из коридора выглядывает Денис.

— Гришаня, серьезно? Ты чего тут сидишь?

— Работаю.

— Здесь?

— Как видишь.

Они переглядываются. На их лицах появляется одинаковое выражение изумления, смешанного с недоверием.

— Она взяла тебя к себе в секретари? — спрашивает Света. — Тебя? Серьезно?

— Не в секретари, а в личные помощники, — поправляю я.

— Прямо личным помощником?

— Да.

Я стараюсь отвечать спокойно и солидно, хотя внутри меня все ликует. Да, взяла. Да, я теперь ее личный помощник. И что вы мне сделаете?

Несмотря на то, что мне тяжело, новая должность мне льстит. Я нахожусь рядом с такой женщиной. С самой Каролиной Эдуардовной. С королевой. Она доверяет мне свои поручения, документы и расписание. Пусть пока это всего лишь рабочее доверие, но даже его нужно заслужить.

А еще мне нравится ошеломлять тех, кто всегда видел во мне лишь толстого увальня-добряка. Человека, которого едва не заменили искусственным интеллектом. Они думали, что я ни на что не способен, а теперь вынуждены смотреть, как я сижу перед кабинетом генеральной директрисы, в солидном костюме и принимаю ее звонки.

Особенно сильно удивляется Ренат. Он идет по коридору мимо приемной, замечает меня, резко останавливается и даже оглядывается, словно хочет убедиться, что не перепутал этаж.

— Гришка, ты серьезно⁈

— Вполне.

Ренат подходит ближе и разглядывает меня как пришельца.

— Ты реально теперь здесь работаешь?

— Реально.

Я смотрю на него и вспоминаю, что именно он подвел меня под сокращение. Обида снова поднимается внутри.

— Ты же меня уволил, Ренат. Из-за тебя я попал под сокращение.

Он сразу начинает оправдываться:

— Прости, брат, я должен был кого-то уволить. Это Каролина приказала, не я.

— Но решение как руководитель принял именно ты.

— Ну а что мне оставалось делать? Самого себя увольнять? Или Аню со Светой? Так они лучше тебя работают. Это бизнес, братан. Ничего личного. К тебе претензий не имею.

Мне так неприятно от того, что даже на такой посредственной должности другие люди оказались лучше меня. Мне еще больше хочется доказать себе и остальным, и особенно Каролине Эдуардовне что я тоже способен на что-то. На что-то большее!

— А костюм чего надел? Королева приказала? — хмыкает Ренат.

Ренат всегда так о ней говорит, когда уверен, что она не слышит. Называет королевой, железной леди или снежной стервой. Зато в глаза лебезит, улыбается и чуть ли не ковриком перед ней стелется.

Я убираю руку и поправляю рукав.

— Ничего она не приказывала. Я сам решил, что теперь буду носить костюмы.

— Сам? — переспрашивает он и начинает смеяться. — Да на тебе сейчас рубашка лопнет! И брюки по швам разойдутся!

Он хохочет так громко, что люди, идущие мимо приемной, оборачиваются. Раньше я бы тоже рассмеялся. Сделал бы вид, что мне весело, а потом еще и сам придумал бы какую-нибудь шутку про свой живот. Так проще. Если смеешься над собой вместе со всеми, кажется, будто тебя не унижают.

Но сейчас мне совсем не смешно.

Я смотрю на Рената и вдруг понимаю, что другом он мне никогда не был. Он постоянно подтрунивал надо мной, а остальные за ним повторяли. В айти-отделе я являлся негласным шутом. Добрым толстяком Гришкой, который не обижается, когда над ним смеются.