Книга Тайная красота, страница 167 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Роуз сжала руку Миранды.

Дэвид кивнул.

— После побега Ани репатриировали остальных русских. А нам из Англии пришла весточка, что дедушка с бабушкой готовы принять нас с Розой. Но Тоню, дочку Ани, нам взять не разрешили. Лагерные власти уверяли, что беспокоиться не о чем, ребенка удочерят. – Дэвид взлохматил волосы. – Что нам оставалось делать? Уходя из лагеря, мы оставили для Тони письмо, объяснив, как ее мать избежала репатриации. Рассказали о том, что Аня поклялась найти дочь, когда устроится, что мы ее любим и хотели взять с собой в Англию. Оставили свои имена и лондонский адрес бабушки и дедушки и попросили представителя Красного Креста сохранить письмо в деле Тони, чтобы она смогла прочитать его, когда подрастет. Потом уехали в Лондон к новой жизни.

— Что произошло с Аней? – тихонько спросила Миранда.

Дэвид посмотрел на виноватое лицо Роуз.

— Мы не знаем, Миранда. Возможно, их с Сергеем поймали и отправили в лагерь в Сибири. Не многим удалось спастись.

— А с ребенком? С Тоней?

Она посмотрела на побледневшую как полотно Роуз. Роуз переглянулась с Дэвидом, который незаметно кивнул.

— Роуз расскажет тебе кое-что еще, Миранда. Потом ты поймешь, как это связано с тобой. Я буду у себя в спальне. Нужно будет, зовите.

Роуз кивнула, и Дэвид вышел. Она взглянула на дочь. Вот и пришло время.

— Дорогая, ты у меня смелая, как показала недавно. Я расскажу о твоей настоящей матери.

Йоркшир, октябрь 1960 года

На конверте была необычная надпись незнакомым почерком. Роуз подняла письмо с коврика и увидела, что оно было переадресовано из бабушкиного дома и отправлено на ее старый лондонский адрес. Затем вместе с остальной почтой перенаправлено в новый дом в Йоркшире.

На кухне хныкал Майлз, поэтому Роуз взяла письмо с собой и, открыв его одной рукой, другой снова начала кормить с ложечки трехлетнего сына.

Письмо было на ломаном английском с ошибками. Первое предложение она разобрала с трудом:

«Дарагая, мисс Делански…»

Она содрогнулась от одного имени. Для нее Роза Делански давным-давно не существовала.

«Меня зовут Тоня Росстофф. Я искал вас или Дэвид Делански. Маму звали Аня Росстофф. Вы знали ее в Пеггец. Пожалуйста, очень срочно я встречаться с вами. Пожалуйста, приходить по адресу вверху страницы. Пажалуйста быстро.

Тоня Росстофф».

Роуз еще раз перечитала письмо. Ложка с яблочным пюре на мгновение зависла в воздухе, и Майлз завизжал.

Адрес вверху страницы сообщал о квартире в восточном Лондоне.

Но сначала самое главное.

Роуз накормила голодного сына, вытерла ему щеки и посадила в импровизированный манеж, устроенный в углу кухни. Майлз возился с игрушечным грузовиком, а Роуз снова перечитала письмо. От тревожных строк по спине пошли мурашки. Ей сразу захотелось позвонить Дэвиду, но… нет. После всего, что она сделала, это было невозможно. Придется заняться этим самой.

Хотя мысль о возвращении в Лондон в целом не радовала, от предвкушения встречи с малышкой, которую они бросили на произвол судьбы, затрепетало сердце. Очевидно, что девочка очень хотела ее увидеть. Роуз проверила почтовый штамп и поняла, что письмо добиралось до Йоркшира три недели. Не обращать на него внимания не позволяла совесть. Придется ехать.

Она не могла взять с собой Майлза и хотя жила в Оксенхоупе более трех лет, до сих пор никого не знала.