Книга Чайная под солнцем Тосканы, страница 29 – Дейзи Джеймс

Тилли с раскрытым ртом смотрела на мужчину в белом поварском кителе – судя по всему, Рокко Бьянки. На удивление красивый, черные волосы с проседью, мускулистые руки – он выглядел совсем как знаменитые шефы и, кажется, обладал таким же взрывным характером. Тилли видела таких по телевизору, но всегда предполагала, что они переигрывают на камеру – как оказалось, нет.

Темные глаза Рокко налились гневом, он ругал незадачливого сушефа из Англии, размахивал руками и как из пулемета тараторил итальянские оскорбления в адрес других поваров. К удивлению Тилли, те не расстраивались, и она с облегчением поняла, что в такие ситуации они попадали регулярно и научились не реагировать. Она собралась уйти, как вдруг с ужасом услышала гремящий по коридору голос Рокко:

— А ты еще кто?

Она застыла, как олень в свете фар. Он же не ее имел в виду? Но больше никто не подслушивал кухонную мыльную оперу имени Рокко Бьянки.

— Меня зовут Тилли.

Она мысленно застонала. Почему она не ушла раньше?

— Что еще за Тилли?

Рокко вышел из кухни, и если бы Тилли не была так напугана, то ее бы позабавил коллективный вздох облегчения поваров. Пока он покинул свое логово, они могли продолжить создавать «совершенство».

— Тилли Николсон. Сестра Оливии Молинари.

Зачем она это сказала? Боже мой!

— Оливии Молинари?

Тилли словно видела, как шестеренки крутятся у него в голове: он прищурился, а затем хитро улыбнулся. До нее донесся запах его одеколона, и Тилли пришлось признать, что, несмотря на его бурный характер, Рокко Бьянки был весьма харизматичен.

— Ты имеешь в виду владелицу английской чайной?

Он произнес «английский» насмешливым тоном, сморщив нос, будто кто-то подал ему бургер из забегаловки вместо знаменитого флорентийского бифштекса на углях. Тилли очень хотелось сбежать, но что-то пригвоздило ее к месту, не давая сдвинуться.

— Да, я помогаю в «Чае и тортах» несколько недель.

Пауза.

— Ты повар?

— Нет, я фотограф.

Рокко закатил глаза.

— Значит, вы продолжите подавать недопеченную выпечку и пудинги под названием «роли-поли» и «пятнистый Дик»?

— По-моему, у нас в меню нет…

— Ваша чайная ставит крест на мечте Сан-Винченцо стать кулинарной столицей Тосканы. Я не раз говорил с Оливией и просил ее передумать ради блага всей деревни, она отказалась. Я думал, может быть, два года подряд без призового места на фестивале ее вразумят, но нет. «Принести в Италию вкус английской выпечки»! – Рокко всплеснул руками. – Здесь еда – это искусство, это драма, это развлечение. «Ресторан Рокко» – это оперная ария, «Чай и торты» – утренник в детском саду. Кто вообще пьет чай в Италии?

Тилли с удивлением почувствовала, как в ней закипает гнев.

Как он смел говорить такое о чайной ее сестры?

— Посмотрим, кто выиграет в этом году, не так ли?

— Ты участвуешь? Ты же фотограф?

— Да, но выпечка у меня в крови!

— А у меня на кухне работает шеф, учившийся в «Ле Кордон Блю»!^[23] Наивно полагать, что вы ровня моей команде, но не обязательно верить моему слову. Мне известно, что в ближайшие пару недель в город прибудет известный ресторанный критик Виктор Витали. Он человек тончайшего вкуса, воплощение гастрономической разборчивости, он пробовал творения лучших шеф-поваров Италии! Его визит добавит нас на кулинарную карту страны. Уверен, в заведение твоей сестры он и носа не сунет, если не хочет получить сердечный приступ. Buongiorno, signorina^[24].