Книга Позолоченная месть, страница 139 – Лисса Мия Смит

Вопреки голосу разума, она дотронулась большим пальцем до его нижней губы, убирая руки.

— Эмми. – Он произнес ее имя так, будто оно причиняло боль. Как проклятие и молитву. Потом схватил ее за руки и, казалось, хотел поднести их к губам. Он не мог не чувствовать, что между ними – между Уинни и Натаниэлем – проскочила искра. И он смотрел на нее с вожделением, пусть даже сейчас она не выглядела, как Уинни.

Она попыталась воспротивиться притяжению, правда попыталась. Его руки легли ей на талию, и она хотела было его оттолкнуть, но вместо этого обхватила за плечи. Он подался к ней, и она твердо вознамерилась отвернуться, но вместо этого тоже сократила дистанцию. В животе у нее порхал рой бабочек. Джек наклонил голову, и его проклятые губы оказались совсем близко. Только ненормальная поцеловала бы его снова после того, как он назвал ее плохим решением, но, видимо, Эмми самое место было в лечебнице для душевнобольных. Она приподнялась на цыпочки, а он дотронулся до ее щеки. Страсть в его серых глазах пробуждала в ней трепет.

Кончики их носов соприкоснулись, словно в танце.

Потом встретились их губы.

Если их прошлый поцелуй был яростным криком, то этот – скорее неслышным обещанием. Сводившие ее с ума губы двигались так нежно, наполняя Эмми ощущением, что ею дорожат. Какая глупость – он же целовал невзрачную блондинку. Он обхватил ее лицо, и она жадно подалась навстречу прикосновению. Кажется, ей суждено было погибнуть прямо здесь, в переулке, от недостатка кислорода.

Он прервал поцелуй и вгляделся ей в глаза. Эмми ощутила разочарование, что это Натаниэль, а не Джек смотрел на нее так нежно. Но еще одно плохое решение ничего не изменило бы, и она вернула ему истинный облик.

Каким же это было безрассудством – целовать Джека Фонтейна. Их поцелуи стали еще более жадными; она прижала его к ближайшей стене, а Джек обнял ее. Его руки касались ее плеч и спины, обжигая кожу. Раз за разом она обещала себе, что вот-вот остановится, но поцелуи пьянили ее и кружили голову. «Это последний, – говорила она себе, когда их губы встречались. – Вот этот – точно последний».

Наконец она отстранилась и прижалась лицом к его груди, а он обхватил ее руками. Этот миг был подобен снежинке и таял прямо на глазах. Эмми вновь услышала гомон фестиваля, но зажмурилась и постаралась вместо этого сосредоточиться на ритмичном сердцебиении в груди Джека.

— У меня еще один вопрос.

В этот раз Эмми среагировала быстрее Джека, развернувшись лицом к девушке в конце переулка. Та самая чародейка. Ее брат подбежал к Эмми и взял ее за руку.

— Что за вопрос? – отозвался Джек. Черт побери, он был в своем истинном облике.

Девушка впервые казалась не вполне уверенной в себе.

— Вы можете гарантировать мою безопасность?

— Нет. – У Эмми вырвалась правда. – Но я могу изменить твою внешность, как изменила его, и дать карету, чтобы вы уехали, как только дело будет сделано.

— Грейс Монтгомери не просит меня рисковать жизнью ради мести.

— Справедливости, – поправил Джек. – Нам нужна справедливость. Да, это опасно, но ты не будешь ничьей целью. Ой, привет. – Джек похлопал по голове мальчика, который только что взял его за руку.

Девушка пристально наблюдала за братом. Слишком пристально.

Эмми переводила взгляд то на нее, то на мальчика, надеясь, что ее догадка неверна.