Книга Дракон, мы в отпуске, страница 12 – Андрей Любимов

Конрад поблагодарил еще раз и закрыл дверь. Разговор занял меньше минуты, но, вернувшись за стол, он не сразу нашел нужный такт. Пришлось поставить линейку под строку, которую прежде держал в памяти без труда.

Он налил воды. Посмотрел на два законченных листа. На одном следовало еще добавить номер части, чтобы его не перепутали при раскладке на пульты. Конрад подписал верхний угол, сверил обозначение с остальными страницами и только после этого положил перо на подставку. Даже такие мелочи отнимали минуты. Последняя нотная система еще блестела от чернил; этот лист нельзя было убирать в футляр.

На отдельной карточке стояло: «Пятый день, вечернее почтовое судно». Сегодня был третий.

Конрад пересчитал оставшиеся партии. Если в одной нашлась пропущенная строка, остальным требовалась нормальная проверка, а не быстрый взгляд на ровность письма. Он и раньше это знал. Просто в Вейдене несколько часов проверки выглядели небольшим дополнением к объему, который он представлял хорошо.

Теперь они занимали утро целиком.

Он вспомнил вчерашний берег: Беата босиком на песке, улыбка, когда он вернулся с площадки, ее рука в его волосах. Он не хотел обменивать это на стол. Но заказ уже лежал перед ним, принятый добровольно, и музыканты ждали партии к назначенному сроку.

Конрад подвинул исправленную страницу подальше от локтя и взял следующую.

За завтраком Беата отодвинула для него стул.

— Ты опять раньше меня.

— Проснулся рано.

— Я слышала дверь. Альма приходила?

— Принесла воду.

Беата внимательно посмотрела на него.

— Ты какой-то сонный.

— Неудачно спал. Сейчас пройдусь, будет лучше.

Она кивнула без дальнейших расспросов, и от этого Конрад почувствовал себя еще более неловко. Он действительно спал мало, но не из-за комнаты, островных звуков или непривычной кровати.

Беата развернула хлебную салфетку, затем остановилась.

— Если тебе не нравится спальня, можем поменяться. Моя светлее, но там ничего не стучит.

— Не надо. С комнатой все хорошо.

— Точно?

— Точно.

Он сказал это быстрее, чем собирался. Беата отпила воды и не стала спрашивать дальше.

У дальнего стола мужчина пытался развернуть огромную карту, не задев чашку соседа. Каждый раз, когда ему удавалось освободить чашку, за картой исчезала его жена. Она терпеливо называла места, которые хотела посетить, не подозревая, что у мужа перед глазами пока только море.

Беата скользнула взглядом по этой конструкции.

— Я решила сегодня обойтись без плана улиц. Если что, спрошу дорогу.

— Хорошая мысль.

— Ты со мной к фонарщикам не идешь?

Конрад хотел сказать «иду». Уже представил, как они будут разглядывать цветные стекла, а Беата непременно выберет то, которое на свету окажется совсем другим. Вместо ответа он отпил из чашки.

— Нет. Я побуду дома.

— Хорошо. Встретимся у пристани. Я, наверное, приду чуть раньше, хочу посмотреть старые ступени у воды.

Вот здесь можно было сказать про работу. Беата сидела напротив, никуда не уходила. Не было ни срочного письма, ни чужого разговора, ни причины откладывать.

Конрад подумал о том, как уверенно произнес сто шестьдесят у нее за столом. Затем о том, что за полдня успеет больше, чем за два коротких утра. К четырем он ведь выйдет.

— К лодке буду, — сказал он.

— В четыре отход, не встреча. Давай без четверти четыре у синей двери.