Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 66 – Ри Даль

— Отчего твой отец так скоро уезжает? — поинтересовалась я у Хальдрима столь будничным тоном,что сама удивилась, как просто мне это удалось. — Верховному же положено отдавать почести три ночи подряд.

Арвинг повернул ко мне голову и, видимо, очень старался не показать, насколько поражён моим познаниям, но у него плохо получилось.

— Ещё немного, и я действительно начну думать, будто ты что-то знаешь о моём народе, — проговорил он то ли саркастически, то ли с угрозой.

— Я ведь говорила тебе, что училась обычаям нордаров. Кроме того, не забывай, что в каком-то смысле это и мой народ тоже.

Выражение его лица ещё чуть переменилось, словно моё заявление оказалось куда более удивительной новостью.

— А я-то думал, ты всячески отрицаешь эту часть своей крови, — ответил Хальдрим.

Мне хотелось сказать, что он неправ, что ничего подобного и в мыслях у меня никогда не было. Но, вообще-то, арвинг попал в точку. Однако признавать его хоть в чём-то правым хотелось в последнюю очередь.

— Не во всех вопросах я столь же категорична, как ты, Хальдрим, — парировала надменно. — И это уж точно не имеет никакого отношения к конунгу. Так почему же он так скоро уезжает с празднества?

— Вот сама у него и спросишь, раз тебе так интересно, — арвинг тут же отвернулся.

— А ты не знаешь?

— Я с ним это не обсуждал. Его право уезжать тогда, когда считает нужным.

— Вы не ладите, да? — вопрос был слишком бестактным. И я тотчас пожалела, что задала его, как только слова слетели с губ. Однако возвратить сказанное, конечно, невозможно. Оставалось надеятся, что я не спровоцировала тем самым момент, когда Хальдрим окончательно потеряется терпение и натравит на меня волка.

— Трудно ладить с тем, кто тебя ненавидит, — вопреки всякой логике и моим ожиданиям заявил он. А затем скосил на меня глаза, и на миг мне показалось, словно по его точёным губам пробежала улыбка — печальная, а не агрессивная.

— Это точно, — усмехнулась я, впервые без издёвки, скорее с иронией. — Особенно, если причины ненависти не совсем понятны.

— Значит, ты должна понимать куда лучше прочих, — слишком серьёзно отозвался Хальдрим.

И в этот момент разговор наш оборвался, так как навстречу нам вышла целая толпа красноволосых людей. Их вид и удивил меня, и напугал: слишком уж ярко они выделялись на снежном фоне и слишком сильно контрастировали с нордарами, у которых почти поголовно были очень светлые волосы. А ещё слишком уж эта компания кое-кого напомнила. Кое-кого неприятного.

Они прошли мимо, едва ли обратив на меня внимание. Да и на Хальдрима они не глянули. Для пришедших на разгульный праздник в их лицах было чересчур много серьёзности.

— Кто это?.. — я не утерпела и оглянулась им вслед.

— Халийцы, — ответил Хальдрим, холодно и кратко, словно желая подчеркнуть, что не намерен дальше развивать тему.

— Халийцы?

— Да, халийцы, — раздражённо повторил арвинг. — Люди из Халии, если тебе так проще понять. Но ты же вряд ли знаешь, что такое Халия.

— И опять ты промахнулся, Хальдрим Стормольф. Я прекрасно знаю, что такое Халия и где она находится. Меня удивляет, что халицы делают на празднике Зимних Ночей. Они ведь южане, и такого праздника у них нет.