Книга Ссылка для двоих: спасти душу демона, страница 4 – Марьяша Ришелье

За стойкой Пес протирал стаканы и грустно смотрел в телефон — рейтинг в такси упал еще на полбалла, потому что вчера он в полнолуние повез клиента в Пушкин, а приехал в лес под Всеволожском. Клиент, кстати, не мог найти выход три дня, но Пес утверждал, что тот просто проникся природой.

— О, наши страдальцы! — Кика вспорхнула из подсобки, вся в болотно-зеленом платье, с телефоном в руке. — Доми, смотри, какой интерьер я вчера наснимала! — она сунула мне в лицо экран с фотографиями своего чума. — Это зона с тиной, видишь, как свет падает? А это мой новый торшер из коряги. Три тысячи лайков, представляешь?!

— Представляю, — кивнула я, снимая куртку. — А под этим торшером случайно никто не утонул?

— Ну что ты начинаешь! — обиделась Кика. — Это дизайнерское решение. Костя, скажи ей!

Костя уже сидел за своим любимым столиком у окна, закинув ноги на соседний стул, и рассматривал меню с таким видом, будто видел его впервые.

— Что сказать? — лениво отозвался он. — Что если в этом торшере замешать немного крови девственницы, он будет светиться в темноте? Будет. Проверено.

— Какие девственницы, Костя, ты в каком веке живешь? — фыркнула Кика, но торшер из чума все-таки убрала подальше в подсобку.

Я прошла за стойку, проверила запасы. Виски нормальный был, коньяк — так себе, кровь в холодильнике заканчивалась, надо будет утром сгонять в донорский центр. Наш постоянный поставщик — медсестра из Городской больницы — обещала новую партию к концу недели.

— Тихон, Глаша, вы будете ругаться или заказывать что-то? — крикнула я через зал.

— Мы будем ругаться! — ответил Тихон.

— Но принеси нам два компота.

— Какой компот, Глаша, мы в баре!

— А я хочу компот! Из сухофруктов. И чтобы без твоих мухоморов, понял?

Я закатила глаза, но компот сварить пришлось. Чайник, сухофрукты, немного сахара и капля успокоительного для леших. Костя наблюдал за этим процессом с таким выражением, будто я делала философское открытие.

— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда буду сидеть в баре, где демон варит компот для леших.

— Это называется адаптация, — буркнула я, размешивая сахар.

— Это называется деградация.

— Хочешь сказать, тебе лучше жилось, когда мы мочили всех подряд в Тартаре, а потом неделями отмывались от чужой крови?

Он задумался.

— Знаешь... иногда мне не хватает запаха серы по утрам. А так — нет. Пожалуй, компот — это эволюция.

Я усмехнулась и поставила перед ним кружку с дымящимся напитком. Он сделал глоток, поморщился.

— Сладко.

— Терпи. Это твое наказание.

— Мое наказание — ты, — он посмотрел на меня поверх кружки. В его глазах плясали черти. Настоящие, бездна их раздери, черти. — И я, знаешь... наверное, согласен страдать дальше.

У меня внутри что-то екнуло. Я списала это на недосып и отсутствие нормального завтрака.

— Работай давай, страдалец. Вон клиенты идут.

В бар ввалилась компания молодых людей. Обычные смертные, судя по запаху — никакой нечисти, только дешевый парфюм и пивные пары. Они громко обсуждали что-то, смеялись, хлопали друг друга по плечам. Обычный вечер, обычные люди.

Я уже собиралась подойти принять заказ, как вдруг один из них — светловолосый, с наглыми голубыми глазами — уставился на меня. В упор. Раздевающим взглядом, от которого у нормальных демонов чешутся когти.