Книга Ведьма для Несокрушимого, страница 79 – Лена Тулинова

Тенвен сглотнул и дёрнулся в руках слуг.

— Он всё врет! – закричал он срывающимся юношеским голосом. – Это всё ложь! Господин Азенальд великий воин господа, и он никогда… Это ложь! Командор надругался надо мной и ещё над другими оруженосцами!

— Вы можете сами спросить у мальчиков Хадрифорда, так ли это, если посетите крепость, – проникновенно сказал командор.

— Я посещу. А до той поры пусть этот юноша посидит под стражей. Заковать его в освященные кандалы и увести, – велел Великий Мастер. – И пусть священник читает над ним молитвы об очищении и возвращении заблудшей души.

— Я бы на вашем месте, – коварно сказал Титольф, – не тратить время зря и позволить братьям инквизиторам добиться от юноши правды. Пусть признается в колдовстве и злодеяниях, совершённых на пару с Азенальдом.

И видение рассеялось, уступив мирной картине: Тенвен спал, раскинув руки в стороны, а за маленьким незастеклённым оконцем лил дождь, неся прохладу и долгожданную влагу иссохшей земле.

Несокрушимый вздрогнул и резко сел. Эйви поднялась чуть медленнее. Они оба дрожали, и рыцарь как никогда понял ведьму: слабость после приступа была ужасная. Но и силы восстанавливались быстро. Достаточно было взглянуть на Эйвилин – ей явно становилось лучше с каждой секундой.

— Даже ценой гибели собственной души я намерен вернуться, – сказал Азенальд. – И как можно скорее. Потом пообижаешься, когда будет время, но сейчас я возьму тебя в жёны, Эйвилин Остан, и ты согласишься.

— Ты хочешь… сделать это прямо здесь и сейчас? – оторопела ведьма.

— Вставай. Идём. Нам надо найти старосту.

— Но он на празднике, – возразила Эйвилин.

— Плевать мне на праздники, на языческие обычаи и… и вообще на всё. Нет, даже не староста нам нужен. Нам нужен Воот! Пусть Воот немедленно явится сюда, я требую, чтобы этот старикашка появился передо мной… СЕЙЧАС!

Эйви отступила от Азенальда на несколько шагов. На её лице отразились в равной мере и страх, и восхищение.

Но самое поразительное, что Воот появился. В сгущающихся сумерках Азенальд увидел мага (или бога?), который теперь выглядел вовсе не грязным бродяжкой, а величественным старцем в длинной белой сутане.

— Здесь, – сказал он в своей обычной манере. – Воот – вот! Мужчина, женщина – вместе?

— Вместе. Пожени нас, Воот, – сказал рыцарь. – Здесь нет иных богов, кроме ложных, но тебе я доверяюсь. Ты, видно, здесь единственный проводник между делами земными и небесными.

Старик посмотрел на небо, словно впервые понял, что оно там, наверху. Его уже заливало синей темнотой, да так стремительно!

— Мужчина… Азенальд, – сказал Воот. – Женщина… Эйвилин. Азенальд и Эйвилин. Встаньте рядом, прошу! Воот очень рад! Любовь, прекрасно, вместе – счастье! Дар Воота – часть силы Воота! Да! Я отдаю вам часть своего дара… но только когда вместе! И еще дитя… Воот знает, родится дитя – будет много радости! Когда захотите, вернётесь, а теперь, Азенальд и Эйвилин, вы женаты, и… бог – лицо – слезы – счастье…

Азенальд устал слушать бессвязный лепет мага и порывисто поцеловал Эйви.

Темно было – так что хоть глаз выколи, темно, тепло и немного страшно. Эйвилин приближалась к Азенальду наощупь, дрожа, словно никогда не была с мужчиной. Шла по комнатке, вытянув руку вперёд, будто слепая – и вздрогнула, когда навстречу протянулась его рука. Сплелись чуткие пальцы, и обострённые во тьме чувства проломили ещё одну стену, что была возведена между рыцарем и его ведьмой.