Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 90 – Alphatart

Он, казалось, не ждал моего ответа, продолжая свои рассуждения:

— И тогда она встретила меня и только теперь начала по крупице обретать то, что должно было принадлежать ей по праву. Её полюбили, у неё появилась тёплая еда, удобная постель для отдыха, возможность чему-то учиться.

И она забрала моего мужа.

От обиды я не смогла произнести это вслух. Мне хотелось спросить: неужели он ждёт, что я буду жалеть Рашту, неужели этого он хочет, – но я снова не смогла задать этот вопрос. Я лишь молча смотрела на него.

Я всё ещё не понимала, зачем он произносит все эти пространные речи. Раз положение Рашты стало шатким, он что, хочет, чтобы я о ней позаботилась?

— Я не ожидаю, что взлелеянная в роскоши Императрица сможет понять Рашту. Но если в вас есть хоть капля сострадания… разве так должно было быть?

— Сострадания?

— Я о том сострадании, которое ты проявляешь к приютам для сирот и бедняков, домам престарелых, больницам, храмам, стипендиальным фондам и прочим местам! Почему ты не можешь явить его Раште?

Совьешу взорвался и выкрикнул это. Какое-то время он тяжело дышал, прежде чем снова рухнуть на стул. Когда Рашта, постанывая, протянула руку, он тут же подхватил её. Надо было надеть платье с широкими рукавами: мне захотелось сжать кулаки.

— Рашта – ваша фаворитка, вам и заботиться о ней. Я не заботилась о ней, поскольку это не входит в круг моих обязанностей.

— Кто просил тебя заботиться? Я не жду заботы! Я прошу хотя бы оставить её в покое!

— Разве я когда-либо трогала её?

— Вчера, перед принцем Хейнри, ты намеренно оскорбила её! Выбирая между совершенно чужим принцем и Раштой, ты, как императрица, должна была встать на сторону Рашты! Если бы ты не знала, кто говорит правду, ты, как императрица, должна была встать на сторону Рашты, своей подданной!

— Как я уже сказала, я знала, кто говорит правду, и именно поэтому встала на сторону принца Хейнри.

— Так, значит, Рашта солгала?

— В непорочность госпожи Рашты верите вы, Ваше Величество, а не я.

— Ладно, со вчерашним ясно. А сегодня? Чем ты это сможешь объяснить?

— Вы же знаете, что сегодня я не обменялась с госпожой Раштой ни единым словом.

— Ах да… Верно. Императрица и не разговаривала с Раштой. Императрица лишь призвала сюда виконта Ротеша, действуя из-за кулис.

От ядовитого тона Совьешу у меня в голове будто что-то треснуло. Я знала, что этого не может быть наяву, но звук был совершенно отчётливым. Я впилась в Совьешу взглядом, вложив в него всю свою волю.

— В чём ты меня обвиняешь?

— Я обвиняю тебя в том, что ты призвала виконта Ротеша, чтобы доказать, что Рашта – беглая рабыня.

— Ты считаешь, что я пригласила виконта Ротеша из-за госпожи Рашты?

Что за чушь… Это возмутительно. Я не сдержала короткий, сдавленный смешок и уставилась на Совьешу, а он с сарказмом продолжил:

— Раз я утверждал, что Рашта не является беглой рабыней, тебе так уж нужно было доказать обратное? Тебе так ненавистно было видеть, как люди любят её и восхищаются ею?

— Вы говорите странные вещи.

Мне с трудом удалось выжать из себя спокойный тон, но даже я сама слышала, как голос мой предательски дрожит от гнева. Совьешу поднялся на ноги и встал прямо передо мной. Его глаза пылали яростью, как никогда прежде.

— Вы ведь лучше кого бы то ни было знаете, что приглашать гостей на Новогодние торжества – обязанность императрицы? И вы, будучи столь усердной в своих обязанностях, намеренно пригласили виконта Ротеша.