Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 142 – Алекс Джиллиан

Легкий шорох вывел её из оцепенения. Из густой тени за портьерами бесшумно выскользнула серебряная лиса. Вея запрыгнула на край постели, грациозно обвив пушистым хвостом лапы. В разноцветных глазах мерцало напряженное ожидание.

— Верховный умеет очаровывать, не так ли? — голос Веи прозвенел в мыслях Миры тихим, настороженным колокольчиком. — Ты пахнешь его огнем и сомнениями.

Мира резко села. Зеленые глаза вспыхнули недобрым огоньком.

— Он не очаровывал меня, Вея. Он сказал мне правду, — процедила девушка, сжав кулаки. — Великая Жатва — это миф. Легионы Владыки не собираются выжигать Завесу ради кровожадного развлечения — они просто хотят пробить барьеры планеты и вернуться домой.

Лиса склонила голову, слегка прижав уши. Её красный глаз вспыхнул чуть ярче.

— Правда — это обоюдоострое лезвие, Дева, — философски отозвалась Вея. — Кайрос показал тебе свою правду, потому что она выгодна ему сейчас. Но, если Завеса падет, равновесие рухнет. Ты думаешь, Аскары уйдут мирно, оставив эти земли нетронутыми после тысячелетнего заточения?

— Двуликие истребляли людей веками! Не драконы и не князья уничтожали наши деревни! — отрезала Мира, вскакивая на ноги. — И, чтобы ты знала, я не намерена выбирать ничью сторону. Я просто хочу выжить, Вея!

— В одиночку? — мягко, почти с жалостью спросила лиса. — Верховный выкует из тебя идеальный инструмент, но что происходит с ключом, когда кованые двери, наконец, распахиваются? Зачастую он ломается в скважине. Кайрос не позаботится о твоем будущем после. Он заботится лишь о том, чтобы ты дожила до этого дня.

Мира замерла, пораженная меткостью её слов. Вея озвучила тот самый страх, который девушка старательно гнала от себя всё утро.

Она хотела ответить, но вдруг лиса резко вскинула голову, шерсть на её загривке встала дыбом. Вея зашипела, пятясь к стене.

— Чужая магия… — панически бросила она в разум Миры. — Мне нельзя здесь оставаться!

Серебристый силуэт растворился в воздухе, словно его и не было.

Мира настороженно огляделась. Удушливый аромат благовоний отступил, сменившись пронзительно свежим запахом фиалок.

Взгляд девушки упал на мраморный пол. Между идеально подогнанными плитами появилась крошечная расщелина. Из неё упрямо пробивался тонкий зеленый стебелек. На глазах у изумленной Миры он вытянулся и распустился крупным, светящимся фиолетовым бутоном.

Лепестки дрогнули, и над цветком начало сгущаться перламутровое свечение, формируя знакомые, точеные черты лица.

— Мира… — голос Леора прозвучал глухо, словно пробивался сквозь толщу воды. Изумрудные глаза смотрели на неё с отчаянной тревогой. — Хвала богам, ты жива. Мы ищем способ вытащить тебя…

Услышав этот бархатный заботливый тон, Мира почувствовала, как внутри вспыхнуло глухое раздражение. Ей отчаянно захотелось обрушить на него свою злость, но в памяти тут же всплыл пронзительный взгляд Кайроса.

«Гнев ослепляет. Он заставляет пламя захлебываться собственным дымом».

Мира заставила себя сделать медленный, глубокий вдох. Усилием воли она загнала разрушительные эмоции глубоко внутрь, сохраняя ледяное спокойствие.

— Оставим сказки о спасении, Леор, — резко перебила она. — Как тебе удалось выжить? Где Дамир? Что с Тиходольем?

Леор скорбно опустил взор. Тень искренней печали омрачила его красивое лицо.