Книга Капли магии 2, страница 20 – Бронислава Вонсович

Нет, это не вариант. Нужно прикрытие или хотя бы его имитация от Сорокиных.

После завтрака я тщательно проверила округу с помощью конструктов и Дымки, но наблюдателей не углядела. Тем не менее выходила я с максимумом предосторожностей и под конструктом отвода глаз — не хотела привести хвост в гаражи. Наличие трицикла я не скрывала, но и афишировать его особо не собиралась.

В гараж было зайти необходимо — там находилась моя одежда для похода, оружие и артефакты, а ещё рюкзак и контейнеры. Трицикл я, подумав, всё же вывела из гаража, решив на нём доехать до разрыва и оставить там. Кто-то посчитает это паранойей, но если на меня уже пытались напасть, нападения продолжатся. Если в гараже, с точки зрения нападающих, не будет ничего интересного — туда не полезут. Мне нужно, чтобы родовые не лезли, поскольку защита там слишком хороша для не так давно безродной Ани, и легализовать я её смогу не раньше приезда Скоропадского.

Княжич точно не удержится и вскоре появится за новой частью татуировки. Её я сделаю в гараже, после чего у меня появится железная отмазка на все случаи жизни. Мол княжич сделал, хотел произвести на меня впечатление.

К разрыву я приехала раньше Сорокина, но их люди уже стояли перед пропускным пунктом. И не только люди: я заметила несколько бытовок вполне приличного вида. Можно было бы попросить такую для проживания, но это опять ставит меня в зависимое от Сорокиных положение. Как бы объяснить Белицкому, что от моей смерти он не выиграет?

Телефон зазвонил, когда машина Сорокина уже подъезжала. Ради разнообразия это оказалась Лидка. В этот раз она даже не стала имитировать сестринскую любовь, сразу начала орать о моей неблагодарности. Мне дали такие возможности, а я, змея такая, их использовала, а ответной любезности в виде моей смерти Белицкие не дождались, что их очень и очень огорчает. То есть говорила она, разумеется, не в таких выражениях, но суть от этого не менялась.

Вопила она визгливо и противно, дослушивать я не стала, звонок сбросила, телефон Лидки отправила в чёрный список, порадовалась, что тот растёт понемногу, правда исключительно за счёт Белицких.

Сорокин как раз вышел из машины, поздоровался и окинул насмешливым взглядом мой транспорт.

— Денис, я трицикл буду оставлять здесь, — сообщила я прямо.

— Мне-то что? — удивился он. — Твоя собственность.

— Я подумала, что с вами надо согласовать.

— Такая мелочь в согласовании не нуждается. Но учти, её могут здесь повредить, концов потом не найдёшь, даже с камерами. Стройка же.

Проблема была как раз в том, что её вряд ли повредят в гараже, после чего сторона моих противников очень заинтересуется этим вопросом.

— Это сейчас безопаснее, чем держать в гараже. Ко мне ночью в квартиру пытались влезть, до трицикла добраться проще, — пояснила я. — Поэтому только здесь.

— Может, к тебе охрану приставить? — озабоченно спросил он.

— В съёмную студию? — хмыкнула я. — Где мне там размещать охрану? Туда кроме меня никто не влезет.

— Формально и ненадолго. Пока не поймут, что ничего не выиграют от твоей смерти.

— Разве что Белицкому скан договора отправить? — задумалась я. — А это идея. Хотя он может и не отказаться в расчёте на проценты после моей смерти. Значит нужно сделать так чтобы от моей смерти он вообще ничего не выиграл. Напишу-ка я завещание на детский дом. И отправлю ему и договор, и завещание.