Книга Тени теней, страница 44 – Игорь Шанин

— Ну и что?

— Может быть, она исчезала вместе с нами.

Багров мягко отстраняется, в глазах искреннее наивное недоумение. Я бы сфотографировала его прямо сейчас, чтобы вклеить в свой словарь напротив слова «глупый». Или «тот, кто хочет выглядеть глупым».

— Тогда почему нашу пропажу заметили, а ее нет? — спрашивает.

— Она сказала, что уезжала к бабушке. Поэтому никто не хватился.

Зачем обсуждать подозрения с Багровым, если он может быть заодно с Иркой? Надо действовать осторожнее.

— Впрочем, неважно, — говорю беззаботно. — Наверное, я просто слишком нервничаю.

Он тут же расцветает:

— Я тебе давно говорю. Пора уже прекратить думать про эту чушь и жить нормально.

Максим Багров — красивая венерина мухоловка, а я — глупая муха.

— Как насчет погулять вечером? — продолжает. — Можем посидеть в кафе, с меня мороженое.

И как тут не попасться на приманку?

* * *

Когда перебегаю под мелким противным дождем в корпус столовой на большой перемене, кто-то хватает меня за плечо. Это Анжелика, прикрывается помятым пестрым зонтиком, а за ее спиной высокая фигура в черном балахоне. Лица не разобрать — почти полностью скрыто под капюшоном.

— Ты что? — спрашиваю.

Анжелика притягивает меня под зонт и говорит:

— Надо разобраться во всем. Смотри, кого я нашла.

Спутник наклоняется, и тогда получается разглядеть его лучше. Под капюшоном лицо парня лет двадцати пяти, вся кожа в застарелых следах от угревой сыпи. Волосы черные и сальные, топорщатся колючими прядями во все стороны. На шее поблескивают этнические ожерелья с разноцветными бусинами и медными перьями.

— Это Прокофий, — говорит Анжелика.

Не сдерживаю глупую улыбку:

— Серьезно?

Прокофий невозмутимо кивает.

— Он экстрасенс, — продолжает Анжелика.

— Ты что, в прошлом веке живешь? — хмыкаю. — Экстрасенсов не существует. До сих пор еще ни один официально не доказал, что обладает...

— Многое из того, что тебя сейчас окружает, не существует официально, — раздраженно перебивает Анжелика. — Но ты все равно бегаешь и ищешь ответы, так?

— Мне надо изучить ситуацию в подробностях, — тянет Прокофий. Голос у него высокий и неприятный. — Но я уже вижу, что над тобой кто-то властен, кто-то вторгся в твою ауру. У тебя там сущность в виде...

Перебиваю, скептически глядя на Анжелику:

— Это уже совсем крайности.

Она закатывает глаза:

— Просто сделаешь, что говорят. Ничего другого тебе пока не остается.

Вспоминаю недавний разговор с Максом:

— Кстати, сколько было пропавших школьников в прошлый раз?

— Четверо, — мгновенно отвечает Анжелика и тут же хмурится: — А в этот раз...

— Трое, — вздыхаю.

— Может, с каждым разом исчезает на одного человека меньше? — Она неосторожно встряхивает зонтом, и холодные капли тут же стучат меня по макушке.

— Либо в прошлый раз кто-то один выжил, — предполагаю.

— Исключено, — отрезает Анжелика. — Они погибли на глазах у всего города. А потом спасатели вытащили из реки все четыре тела.

Я ежусь от промозглого холода, глядя на парочку с раздражением.

— Делайте там свои ритуалы без меня, — говорю. — А я пошла в столовую.

— Без тебя не получится, — отвечает Прокофий. — Ты обязательно нужна. Все вы.

— А ты не видела Вику? — спрашивает Анжелика.

— Какую еще Вику?

— С нашего канала, кудрявая такая. Говорят, она брала у тебя интервью в школьном вестибюле, но что-то пошло не так. А потом она исчезла, ее больше никто не видел.