Книга Катакомбы Парижа, страница 5 – Джереми Бейтс

Тем не менее я бы соврал, заявив, будто свыкся с мыслью о потере Бриджит. Ничего подобного. В глубине души я уже определился с планом дальнейших действий. Примерно через годик вернусь в Штаты, уже более опытным и повзрослевшим, и тогда мы с ней сможем начать заново.

Я поморщился. Вечеринка по случаю дня рождения Даниэль. Вот же черт. И как это меня угораздило туда вписаться? Ее друзья — разношерстная компания из богемы и молодых людей — были сама любезность, выпивка текла рекой, так что в итоге все набрались, а потом… а потом все происходило как в тумане.

И когда субботним утром я проснулся в постели Даниэль, мне с величайшим трудом удалось припомнить, как же я там оказался. И тут, исполненный чувства вины, я поступил как последний мудила, а именно тихонечко слинял, даже не разбудив ее. Выходные я провел за ноутбуком, приводя в более-менее связный вид последние материалы о барах и клубах. На звонок Даниэль в воскресенье отвечать я не стал, и мы не общались вплоть до сегодняшнего дня, когда от нее пришла эсэмэска с просьбой подтвердить, что очередной урок все же состоится. Я чуть было не ответил отказом, однако понял, каким оскорбительным он будет выглядеть.

Наконец Даниэль вышла из кафе с чашкой капучино. Усевшись напротив меня, она сняла солнечные очки — от «Фенди» — и неуверенно улыбнулась. Ранее уже решив, что буду вести себя как на обычном уроке, я прочистил горло и осведомился:

— Сегодня французский или английский?

По лицу девушки пробежала тень удивления, и она тут же сосредоточилась на помешивании кофе.

— В пятницу был французский, — напомнила она. — Значит, сегодня английский, если ты не против.

— Вовсе нет. В общем…

— Да? — тут же подняла Даниэль на меня взгляд.

— Просто придумываю тему разговора.

— Как насчет выходных? — робко предложила она. — Ты ведь всегда спрашиваешь меня по понедельникам о моих выходных.

— Ну и как, осилила что-нибудь в воскресенье?

— В воскресенье? — На лице Даниэль вновь отразилось удивление — и, возможно, капелька разочарования. Она пожала плечами. — Да нет, весь день просидела дома. А ты, Уилл? Тоже промучился с похмелья всю субботу и воскресенье? Или в воскресенье ты уже был готов к новым подвигам?

— Отведал вот цыпленка по-провансальски. Пробовала когда-нибудь?

— Ну конечно. Я же француженка. Чем еще занимался?

— В общем-то, ничем. Работал. Больше ничего.

— Поняла.

— Что поняла? — сразу насторожился я.

— Ты не хочешь говорить о вечере пятницы, вот что я поняла. Меня это вполне устраивает.

— Я замечательно провел время.

— Честно?

— Честно.

— Всё время?

— Ага, — кивнул я, одновременно гадая, покраснел ли при этом.

— Когда я проснулась, тебя уже не было. Я подумала…

— Да знаю, я… И во сколько ты проснулась?

— У тебя классно получается избегать темы.

— Какой еще темы?

— Темы о нас!

— И вовсе я не избегаю.

Даниэль молча кивнула.

Чтобы хоть чем-то занять руки, я закурил сигарету легкого «Мальборо». Троица за соседним столиком распивала бутылку вина и шумно веселилась, из-за чего молчание между мной и Даниэль приняло еще более затянувшийся и неловкий характер.

Наконец я решил, что глупо игнорировать произошедшее между нами и притворяться, будто сейчас у нас лишь обычное занятие.

Мы переспали. А сейчас пьем кофе.

Так что в данный момент у нас настоящее свидание, так ведь?