Книга Остров кукол, страница 24 – Джереми Бейтс

— Садись покушай, золотце. Нам ухе скоро уходить.

Мария присела к столу, но съела только несколько фасолин со своей тарелки. Не прикоснулась ни к сдобной булочке, ни к финикам.

А потом ни с того ни с сего заплакала навзрыд.

— Ох, детка, — сказала ей мама, вытирая руки кухонным полотенцем и присаживаясь на корточки рядышком. — Что с тобой такое? Переживаешь из-за первого дня в школе?

Мария закивала.

— Ты просто не забывай, что для всех остальных этот день тоже самый первый. Все вокруг чувствуют то же, что и ты.

— Что, если я никому там не понравлюсь?

— Это еще почему? Ты найдешь там много друзей.

— Ты уверена?

— Провалиться мне на месте. Беги теперь, надевай туфли.

Мария дошла до двери, сняла ранец с крючка на стене и просунула пальцы ног под ремешки туфель.

Мама хмурилась, глядя на нее.

— Золотце, сегодня Анжеле придется остаться дома.

Мария покрепче прижала к себе куклу — Но я хочу взять ее с собой!

— Тебе уже пять лет, Мария. Большая девочка. А большие девочки не ходят в школу со своими куклами.

— Хочу идти с ней!

— Кроме тебя, там ни у кого не будет кукол.

— Мне все равно!

— Одноклассники начнут дразниться…

— Мне! Все! Равно!

— Мария, прошу тебя…

— Я хочу взять ее с собой! Я хочу взять ее с собой! Я хочу…

— Хорошо! Хорошо! — покачала головою мама. — Если так хочется, бери ее. Но не говори потом, что я тебя не предупреждала.

2

Школа располагалась в большом двухэтажном здании из желтого кирпича с площадкой для игр по одну сторону и грядками учебной фермы — по другую. Сам вид ее заставил сердце Марии биться чаще. Ей захотелось развернуться и убежать домой, но она знала, что мама этого не допустит, а потому последовала за ней сквозь кованые ворота и вверх по ступеням крыльца — в кабинет, где вращался диск граммофона и играла музыка.

Там ее мать поговорила с какой-то женщиной, подписала бумаги и повела Марию лабиринтом коридоров, где пахло мастикой для натирки полов, полировкой для дерева и мелом. Некоторые из ведущих в классы дверей, мимо которых они проходили, были открыты. Ученики сидели там за деревянными партами, и все они казались постарше и побольше нее самой.

Мария еще крепче прижала к себе Анжелу.

Они поднялись еще на один лестничный пролет и остановились перед очередным классом. Эта дверь тоже была открыта, но ее мать все равно постучала.

— Доброе утро, сеньора Гонзалес, — сказала она. — Я Патрисия Диас, мама Марии. Прошу извинить нас за опоздание. Это моя дочь, Мария.

Учительница сверилась с папкой, которую держала в руке, и сказала:

— Ничего, все в порядке. Входи, Мария.

Мария, запрокинула голову и умоляюще всмотрелась в мамины глаза, упрашивая не оставлять ее здесь.

— Все хорошо, милая, — сказала та и, склонившись над дочерью, погладила ее по макушке. — Заходи и познакомься со всеми. В половине третьего я вернусь и буду ждать тебя у школьных ворот.

Вот и все. Она повернулась и ушла.

— Мария? — позвала девочку сеньора Гонзалес. — Входи, пожалуйста.

Мария с опаской сделала пару нетвердых, шаркающих шагов, оглядываясь вокруг: картинки с разными животными на стенах, огромная и очень черная классная доска, до отказа набитый книгами шкаф, глобус на металлической подставке.

Одноклассники Марии не сводили с нее любопытных глаз. Они сидели не за отдельными партами, как старшие дети, а за небольшими столами, сбившись в группы по четверо.