Книга Лондон – лучший город Америки, страница 41 – Лора Дейв

Эль посмотрел на меня с недоверием, однако документы вернул.

— Боюсь, мне придется вас проводить. Хочу лично убедиться, что вы не поедете дальше.

— Отлично.

Эль поковылял к своей машине, и я повернулась было к Джошу с замечательным планом, что через три развязки мы вернемся на магистраль, потеряв всего двадцать минут, но тут старый педант развернулся.

— Надеюсь, мне не придется ловить вас по всей трассе. У меня тут повсюду друзья. Поверьте, вы очень пожалеете, если вас поймают снова.

Эль кивнул на прощанье и поковылял дальше. Джош полез в бардачок за картой.

— И что теперь делать? – пробормотала я.

— Думаю, ты прекрасно знаешь местные дороги.

— Местные дороги? Тогда нам вообще домой не добраться! Даже по 95-й мы к ужину опаздывали.

Джош яростно тряхнул головой и уставился на карту. Мы выехали на магистраль с полицейской машиной на хвосте.

— Джош, а я-то в чем виновата? Мне, что ли, нужно было съездить в Паскоаг и обратно и при этом успеть к предсвадебному приему?

Он перевернул карту другой стороной – вверх ногами.

— Эмми, не мешай, я пытаюсь сосредоточиться. Я должен решить, что делать.

«Неужели?» – подумала я, но промолчала.

Джош швырнул карту на пол.

— Знаешь? – заявил он. – После съезда я сяду за руль, а ты будешь показывать дорогу.

Какую дорогу показывать? Меня совсем не радовало, что ехать придется через Наррагансетт, однако другой дороги на Нью-Йорк не было. Я свернула на Бостон-Нек-роуд. У обочины мы поменялись местами и поехали дальше.

Я знала, что по левую сторону скоро покажется пляж, известный ресторан «Маленькая устрица», причал, но я смотрела в другую сторону – где-то там, неподалеку от «Маленькой устрицы», сразу за причалом, жила я. В чужом доме, среди чужих вещей. В окнах будет темно: никого нет дома.

— У тебя есть кому позвонить из местных? Мы могли бы одолжить машину на выходные…

Я вспомнила всех, кого знала достаточно хорошо: босса – после очередного примирения жена поставила условие, чтобы к нему не приходили без приглашения, Мартинов из соседнего дома – у них нет машины, сто семь жен – к ним особенно не хотелось обращаться. В ответ на мои расспросы они тоже пытались что-нибудь выяснить обо мне, а я рассказывала о себе мало – и тут заявляюсь на порог: «Здрасьте, это мой брат, и нам нужна ваша машина, потому что…», – и начинаю объяснять, как мы здесь оказались накануне свадьбы.

Наконец, я вспомнила про Купера. Он был не столько другом, сколько знакомым: часто заглядывал к нам в магазин, с тех пор как его бросила девушка. Вряд ли я ему действительно нравилась, каждый раз он уходил с таким видом, как будто надеялся, что в следующий раз я ему точно понравлюсь.

— Есть тут один парень, – сказала я. – Живет неподалеку, сразу за школой. Давай к нему заедем, если хочешь.

На самом деле других вариантов не оставалось, потому что у меня не было телефона этого Купера, но об этом я, конечно же, умолчала.

Мы проехали школу – одноэтажное кирпичное здание с пустой парковкой. Сразу за школьным футбольным полем стоял дом Купера, развалина времен колониальной постройки. Нас ждало небольшое разочарование: на лужайке красовался плакат «Дом выставлен на продажу», уже перечеркнутый красной лентой с надписью «Продано». Мусорный бак лежал опрокинутый, рядом скопилась куча нераспечатанных газет. Машины у дома не наблюдалось.